Anything in here will be replaced on browsers that support the canvas element

Запределье

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Запределье » Фрагменты реальности » Танго втроем


Танго втроем

Сообщений 1 страница 30 из 31

1

Участники: Семейка Боне
Место действия: Франция, г. Бордо, ночной клуб «Talking to the Moon»
Пролог: Кто бы мог подумать, что знакомство братьев с родной сестрой, о существовании которой они даже не догадывались, случится именно так...


Жгут деньги карманы,
Горят фонари,
И только ночь знает,
Что прячешь внутри.

+1

2

Ivy Levan - I don't wanna wake up

Самайн озарила клуб своим присутствием уже глубокой ночью, появившись в то время, когда музыка уже не ездит по ушам танцевальными битами, заставляя вибрировать все тело, но приятно сопровождает вечер, нося больше расслабляющий, нежели тусовочный характер. Посетители потихоньку начинают расползаться - кто по углам за столики на уютные мягкие диваны, сжимая в тисках объятий очередной объект для одноразового перепихона, кто такими же парочками суетливо устраивается в такси, кто отправляется гулять по темным французским улочкам, и лишь немногие под флёром алкогольного опьянения все еще пытаются покорять танцпол. Вошедшая девушка бегло обвела весь этот, по ее мнению, сброд беглым взглядом, лишь на доли секунды удостаивая своим вниманием присутствующих, и прошла напрямик к барной стойке, четко стуча каблуками своих закрытых туфель со шнуровкой. Одета она была в мятную шелковую блузу с открытой спиной и клетчатые брюки из дорогой костюмной ткани. Волосы Самайн были завиты крупными локонами и распущены по плечам, картину завершала темно-бордовая в тон туфель шляпа-котелок и вечерний макияж, подчеркивающий ее огромные глаза.
Она посещала клуб "Talking to the Moon" уже не в первый раз, сочтя его атмосферу и качество обслуживания приемлемыми для себя любимой. Однако сегодня ее ждало первое разочарование - вместо ее любимого бармена Ричарда, англичанина с черными как смоль волосами по плечо, сегодня за стойкой стоял какой-то тощий юнец-выскочка с дурацким безвкусным зеленым галстуком и прической "я трижды упал из окна и каждый раз тормозил головой". В отличие от размеренного и спокойного Ричарда с его дьявольской полуулыбкой, этот вовсю вертел стаканами и бутылками, демонстрируя не умение быстро выполнять желание клиента, а дешевое, с точки зрения Сэм, шоу. Вампирша сделала глубокий вдох и выдох, после чего грациозно устроилась боком на высоком барном стуле, опираясь рукой на его спинку. Ей пришлось дождаться пока этот клоун закончит свое выступление с сотворением коктейля для рыжеволосой шлюшки в непомерно коротком блестящем платье.
-Добрый вечер, мисс, добро пожаловать в Talking to the Moon! Cегодня в нашем баре проходит акция "Зел... - начал было он с приторной улыбкой во все тридцать два выбеленных зуба, но Боне прервала его жестом ладони, поморщившись, так и не дав договорить.
-Не раздражай, - потребовала девушка скучающим голосом. Он что, держит ее за идиотку, не умеющую читать? Или за слепую? Не заметить неоновую надпись, вещающую об акции на абсент, на экране за спиной бармена было просто невозможно. -Терпеть не могу эту вонючую микстуру, - добавила Самайн уже тише, не обращаясь к парню, словно говоря сама с собой, а затем продолжила, вновь обращая внимание на бармена, явно задетого ее грубостью: -Бокал вина "Кровавая роза". Не заставляй даму ждать, у меня был очень тяжелый день.
За что она любила данное заведение - так это за то, что здесь были рады как людям, так и представителям иных рас. Меню клуба было готово предложить блюда и напитки на любой вкус, в том числе и на вампирский. Вино "Кровавая роза" было как раз одним из таких напитков, умело сочетая в себе и сладковатые ароматные виноградные ноты, и человеческую кровь. Знал ли этот бармен о настоящем составе этого вина Самайн была не в курсе, но исполнять ее заказ он устремился со скоростью пули, исчезая в кухне бара и возвращаясь оттуда через пару минут с запотевшей бутылкой из темного стекла. На удивление он не пролил ни единой капли густого рубинового напитка, пока наливал, что дало девушке призрак надежды на то, что он все же не полная бездарность. Кто вообще занимается здесь набором кадров? Как можно было взять такого фрика в столь приятный клуб?! Сэм в очередной раз вздохнула, понимая, что задушевные беседы с Ричардом ей сегодня не светят. Она была раздосадована этим фактом и уже была готова спросить юношу о том, куда подевался лучший бармен этого заведения, как случилось непоправимое.
В надежде реабилитироваться в глазах капризной посетительницы и произвести впечатление, тот, на чьей жилетке было вышито имя Брайан, решил выпендриться с подачей: он резко крутанулся на триста шестьдесят градусов с бокалом в руке, подражая испанскому танцору фламенко, но его занесло. А содержимое бокала алым пятном растекалось по нежного цвета ткани блузы Самайн.
Секунда ступора.
Осознав, что он натворил, Брайан бросился извиняться, предлагать салфетки, предлагать оплату химчистки, выпивку за счет заведения и всячески дребезжать и мельтешить перед клиенткой. Самайн же закипала изнутри, вот-вот готовая взорваться, но оставаясь при этом недвижимой каменной статуей. Вдовесок ко всему, её ледяную кровь подогревал сводящий с ума аромат крови, в которой она была испачкана. Она подняла на бармена свои пугающие огромные глаза, выражение которых не сулило ему ничего хорошего:
-Это был натуральный итальянский шелк и блуза из последней коллекции Роберто Кавалли, - сквозь зубы медленно произнесла вампирша четко выделяя каждое слово. -И даже если ты будешь весь остаток своей жалкой жизни ползать за мной на четвереньках и вылизывать мои ботинки, то не сможешь рассчитаться со мной за это, - её голос по-прежнему оставался спокойным, но был настолько угрожающим и ледяным, да еще и подкрепленным ментальными способностями, что от него бросало в дрожь.
-Я...я...сейчас....позову..администратора... - пролепетал побледневший юнец, хотевший было попятиться от Самайн и ретироваться, оставив "взрослых" решать Проблему без его участия. Он сжимал в руке запачканную салфетку, которой пытался хоть как-то оттереть вино с ее одежды.
-Ну уж нет, ты никуда не пойдешь, - процедила вампирша, почти переходя на рык и мысленно добавляя "кусок дерьма" к своей фразе, после чего мертвой хваткой вцепилась в запястье испуганного паренька. Случившееся далее заставило уже всех посетителей и работников обратить внимание на них двоих, поскольку Сэм спокойно прижала руку Брайана к стойке, вытащила из стакана с приборами вилку, и с размаху одним движением вогнала её в ладонь бармена, тем самым пригвоздив его к столешнице. Вампирская сила и гнев, клокотавший внутри, позволили ей достаточно глубоко вонзить столовый прибор в деревянную поверхность, а сквозь кости и сухожилия металл прошел как нож сквозь масло. Помещение наполнилось громким ором пострадавшего, охрана ринулась к месту происшествия, а Самайн вновь обратилась к юноше, кричащему от боли:
-Скажи спасибо, что я не переломала в твоем теле все кости до единой, - прошипела Боне и отвернулась от этого жалкого зрелища. Музыка прекратилась, посетители были в замешательстве, часть из них явно запаниковала. Самайн медленно повернула голову в сторону устремившейся к ней охраны и наставленных на нее дул пистолетов. Приближаться к ней не осмеливались, и сомнений в том, что оружие заряжено серебром, у нее не было. Вампирша усмехнулась, перекидывая ногу на ногу и беря в руки чистую салфетку, дабы самостоятельно промокнуть пятно от вина.
-Я жду того, кто в состоянии будет рассчитаться со мной за испорченную одежду, испорченный вечер, отвратительное обслуживание и моральный ущерб. И да, меня все еще не обслужили, - она немного повысила голос, дабы быть услышанной, но все равно не особо напрягалась. Не достойны.

Отредактировано Самайн Боне (21-11-2018 13:44:21)

+3

3

Taylor Swift - Look What You Made Me Do

Иногда даже загородный домишко надоедал двум похотливым ублюдкам, и они принимали решение совместить приятное с полезным. Любимую работу с приторными развлечениями, разумеется. Сегодняшний вечер казался Кимсану на редкость удачным: хороший поток посетителей, прекрасная музыка, развесёлая обстановка и просто ш и к а р н о е настроение. Жаль только, Ричарда всё же прижали какие-то там его конкуренты, и он слёзно попросил Боне на пару ночей найти замену. Сказано - сделано. Необычным, правда, образом, но определённо соблазнительным. Заменой стал любимый младший братец. Вернёмся к самому началу: вечер казался Кимсану на редкость удачным. Облачённый в шёлковую рубашку турмалинового цвета, Борон преспокойно протирал бокалы, вертел их в пальцах и обсуждал с сиамом идеи для новых напитков. Угольно-чёрные змеи «ползли» между его пуговиц к воротнику, где завершали любопытный узор сплетёнными хвостами. Изящная маска в тон скрывала покрытую ожогами часть лица, и харизмой от младшего Боне несло за милю. С обязанностями бармена он справлялся как куколка, а Сан сидел напротив, переваливался через половину стойки и неустанно хохотал, когда удавалось выхватить бокал из рук брата и раздразнить его страстным поцелуем. Пять часов работы-развлечения пролетели молниеносно, Боне успели взорвать танцпол, пофлиртовать ради приличия с половиной «населения» клуба и даже, кажется, куда-то исчезли на полчаса, так что бар предательски пустовал. Уже к концу вечера, уставшие и довольные, дали приказ сменить музыку на более лиричную, и отдыхали себе за той же барной стойкой. А потом у Борона зазвонил мобильный. Выслушав секунды четыре поспешного объяснения, младший брат бросил скупое «да ща я буду» и повесил трубку.
- Клиент. - Боне пожал плечами, специально сказав последнее слово с наигранным французским акцентом, и поглядел на Кимсана. - Сам постоишь или со мной пойдёшь?
- Да найду замену, дай тридцать секунд, - закинув в рот горсть орешков, Сан поспешил найти козла отпущения из персонала попроще. Он был уверен во всех своих людях, но на данный момент, уже подшофе и довольный до безумия, заморачивался не сильно. Не повезло же бедному Брайану, согласившемуся подежурить жалкие часик-полтора. - Ты там красивенько покрутись, - объяснял Боне. - Улыбайся во все тридцать два зуба, пальцами пошелести. Только аккуратно! - бросил напоследок. - Если не уверен, притворись бревном, меньше проблем будет.

И что же произошло, естественно? Не успел Кимсан поудобнее усесться в углу помещения, где Борон уже вовсю готовился к очередной запретной операции, как дверь оглушительно хлопнула, и внутрь вбежала Кэтрин, моментально подозвавшая старшего Боне пальцем.
- У тебя проблемы, красавчик, - она не выглядела обеспокоенной. - Недовольная обслуживанием нечисть заморская в главном зале спровоцировала всю охрану. Думаю, ей очень нужен симпатичный администратор, чтобы решить пару её проблемок. - Кэтрин подмигнула. Кимсан в ответ закатил глаза, вскочил со стула и пустил сладкий голосок по сознанию Борона.

Как закончишь, приходи ко мне. Понятия не имею, что там за сюрпрайз.

- Что же ты сама проблему не решила, дорогая? - приобняв коллегу за плечо, Боне поспешил в главный зал. Увиденное зрелище, конечно, на мгновение заставило его оцепенеть. Не столько приторная красотка с пятном на мятной блузке приковала внимание, сколько взбеленившаяся охрана. Это кто ж она такая, чтобы сразу стволы доставать? Лишь спустя мгновение проницательные кошачьи глаза заметили стучавшего зубами Брайана, что не мог вытащить вилку из руки. Всё понятно. На секунду Сан даже едва сдержал смех, пока не понял, что ситуация-то, в принципе, страшная. Дружить с нечистью хорошо, да вот стабильно хороших отношений это не гарантирует, зато ссора точно доставит проблем.
- Двое. - Боне без всякого страха подошёл к белокурой мадам, прытко оглядел её с ног до головы и быстро понял, что перед ним за типаж. Двумя пальцами он указал на пару представителей охраны. - Уведите бедолагу к моему брату, пусть хоть вилку вытащит.
Ясен пень, леди хотела компенсации - другого в подобной ситуации хотеть не могут. Кроме того, Кимсану прекрасно известно чувство «сломанного ноготка». Вот только если маникюр уже не спасёшь, отстирать одежду реальнее. Одного взгляда хватило, чтобы и остальная охрана опустила пушки и отошла на несколько шагов. Они всё ещё оставались наготове, но уже не целились в леди так откровенно. Боне преспокойно прошёл за барную стойку, оглядел место преступления и быстро понял, что на самом деле заказывала мадам. Додуматься и до её потусторонней личины труда не составило.
- Вас приветствует администратор и по совместительству владелец клуба «Talking to the Moon». Моё имя - Кимсан Боне, - стоит отметить, что говор Сана не стал слащавым или услужливым ни на секунду. Он оставался настолько непоколебимым и спокойным, насколько возможно. Мужчина говорил это, протирая новый, уже чистый бокал, и нагибаясь за следующей бутылкой с «Кровавой розой». Он мог использовать и открытую, но... нет. Непрофессионально. Заказ оказался протянут девушке без всяческих выкрутасов. Если она не слепа, то заметит, что бокал Боне выбрал в два раза больше, чем ей преподносили изначально. Хорошая память позволила мужчине вспомнить леди, сидевшую напротив. Она бывала здесь не раз. Разглядывая расплывающееся по блузе пятно, которое не спасала даже салфетка, Боне раздумывал, как поступить. С любым могло случиться подобное недоразумение, но никто не дёргал Сана поставить на полчаса парня, ни разу не занимавшегося обслуживанием. Кроме того, очевидно, перед ним сидела нечисть. Прогнать её отсюда - всё равно, что завести нежелательного врага. Незачем рушить репутацию.
- Блузочку мы Вам вряд ли отстираем, - голос стал слаще, но ненамного. Боне принялся преспокойно, словно работа уборщика - настоящее удовольствие, протирать стойку и запачканные бокалы. Делал он это, однако, сохраняя непоколебимую осанку. - Но компенсацию предложить можем. Секунду.

Пришлось отойти, и вернулся Боне совсем скоро. Прямоугольная папка в чёрном кожаном переплёте оказалась протянута даме.
- Не знаю Ваших вкусов, мисс... - он одержал паузу, поднимая угольные глаза в немом вопросе об её имени, и вскоре продолжил. - Но лично я считаю, что качественное ювелирное украшение затмит любую испорченную блузку. Здесь только примеры. Вы вправе захотеть что угодно.
Снова заскрипела дверь. В баре царила гробовая тишина, так что сбитое дыхание девушки слышалось Саном даже сейчас. Если Борон подойдёт ближе, он увидит почти то же самое, что видел Кимсан. Разве что охрана приопустила оружие, а перед виновницей скандала - старший Боне, преспокойно протягивающий ей папку с дизайнами всяческих девчачьих радостей. Весьма качественных и дорогущих радостей, стоит отметить.
- Если эта компенсация испорченного вечера не устроит Вас, - лёгкая улыбка тронула губы Боне. - Я буду искренне поражён. Выбирайте. Любой каприз за наши деньги.

Отредактировано Кимсан Боне (21-11-2018 14:54:55)

+2

4

- Подарок от бармена.
- Щас буду.
Ночные клубы когда-то не нравились Борону. Он, словно консервативная бабка, избегал их, боялся громких звуков и предпочитал книги, полные оккультных и других запретных знаний. Но сейчас, когда их жизнь с Кимсаном изменилась, мир наконец-то начал сиять блеском заведений, где вечно играла заводящая музыка. И роль бармена даже пришлась по вкусу мужчине. Его так бесили слащавые зализанные малыши, которые что только и делали, так это приставали к каждой юбке, проходящей рядом с ними. Они не работали, фактически плюя с большой колокольни на искусство создания хорошего алкоголя. Говорят же, если хочешь сделать что-то хорошо, сделай это сам. Вечер прошёл прекрасно, и мужчина вошёл в раж, даже позволяя себе короткие разговоры с посетителями. Вскоре музыка приутихла, сойдя с бешеного гоночного болида и сев на уверенный круизный лайнер. Борону позвонили. Дальше по накатанной схеме – тихо выдохнуть, выбросить из головы звуки отборных битов и скрыться в далёких подсобных помещениях. Мрачная комната с чистым хирургическим столом посередине встретила мужчину. Заскрипела металлическая дверь, и внутрь завалилась нервная пара людей. Оба одеты в длинный плащи бежевого оттенка, которые так обожали носить мафиози из США в конце так пятидесятых. На животе одного из незнакомцев расплывалось алое пятно, и от неё уже отсюда разило металлом. Бешеные глаза неудавшегося стрелка, который держал умирающего товарища, поднялись на холодного мужчину с чёрной маской.
- Его подстрелили полчаса назад!Вижу. Знаешь цену?Да-да! Только помогите ему, он долго не протянет!Будь тише и не дай ему потерять сознание. Заходи.

Дело преступного хирурга приносило хорошую прибыль, но иногда доставались типы, с которыми лучше не связываться даже за деньги. В течение следующих получаса, пока Борон хладнокровно вытаскивал две пули из тела мужчины, его друг постоянно на нервах спрашивал о состоянии товарища. Беспокойно бормоча что-то себе под нос, недомафиози раздражал и бесил колдуна. Хорошее настроение выветрилось из него, точно газ из незакрытой колы. Сосуд переполнился, и хирург вдруг сжал рану пациента инструментами, вызывая у того чудовищную боль. Он застонал, а друг резко подорвался на месте, раскрывая глаза. Кровь еще не шла.
- Слушай меня, пацан, - прохрипел Боне и прожёг юного клиента насквозь. – Эмоции оставь при себе. Ты мешаешь. Одно неверное моё движение – и твоему другу будет куда хуже, чем если бы он просто сдох.
Только наглядный урок заткнул сосунка, который, по мнению мужчины, был подмастерьем его настоящего клиента, лежащего на столе. Спустя еще несколько минут все швы легли на раны. Работа закончена, а клиенты исчезли с глаз. Руки нервно превратились в кулаки, когда вдруг по голове ударил голос Кимсана.
Картина перед глазами не впечатлила младшего брата Боне. Наоборот, из-за охраны, бросающей бешеные взгляды в сторону бледной незнакомки, Борон разозлился еще сильнее. Кэтрин стояла в стороне. Она же рассказала вкратце о случившемся. Бросив в урну рядом с ней кровавую тряпку, мужчина рыкнул под нос:
- Вот же ж, блять, отошёл на полчаса.

Если бы в это время Кимсан сладким голосом и талантом дипломата уже не разбирался в ситуации, то мир бы сошёл с ума. Сиам вежливо общался с бледной красоткой, в которой почти сразу опытный колдун увидел дочь ночи. Вампиры часто любили ночные клубы, потому что здесь проще всего соблазнить беспечного гуляку и накормиться им вдоволь. Когда же Борон узнал зачинщика проблемы, он взорвался.
- Брайан, мать твою! – сильная и ярко выраженная мимика лица мужчины сейчас ушла в гнев, рождённый благодаря усталости от человеческой тупости. Даже вилка в руке не стала хорошей причиной для колдуна. Подходя ближе, Борон раскрыл шире глаза, с поддержкой приобнял Кимсана и поймал на миг зрительный контакт незнакомки. В это время бледная красотка небрежно бросила на стол салфетку, изящным движением взяла бокал, предложенный сиамом, и пригубила его. Взгляд же колдуна выражал простую эмоцию «Здесь кто-то охуел». – Ты забыл, что ли, как мы закрыли глаза, когда ты запрещённым коктейлем напоил человека и чуть не ввёл в анафилак? Я отошёл, сука, на полчаса! А из-за тебя весь клуб как на иголках! – запуганный парень уже не знал, что сказать в свою защиту, даже не шипя от боли, а вжавшись в стол. Борон вскинул вверх рукой и раздражённо выдохнул через нос. – Мне плевать, что за мать там у тебя и что за сестра. Это последний твой ёбанный день в нашем клубе.Но… - В мою комнату его. СЕЙЧАС ЖЕ.
Когда ошарашенная охрана немного замедлилась, Борон опустил руку на лицо от усталости. После чего он резко сорвался, одним рывком вытащил вилку из руки и усилием воли заставил рану немного прижечься. Тёмная магия вспыхнула на ладони, словно блик от прожекторов, а младший брат толкнул уволенного бармена к охране. Не боясь реакции девушки, Борон устало упал на стул рядом с Кимсаном. Недолгое затишье разбилось, точно вода об скалы, когда раздался тяжёлый хрип. – У меня… были хреновые полчаса, Кимсан. А этот придурок меня задолбал. Уже во второй раз косячит. Пусть Кэт стоит вместо меня. - наклонившись к сиаму и слегка скрывшись от глаз за его лицом, колдун успокаивающе коснулся зубами шеи владельца ночного клуба и немного прикусил. После - отстранился. - Спасибо, что дождался.

Лицо наконец-то избавилось от гневных морщин, и уже более спокойно мужчина увидел, как ожидают его реакции главные герои этой ночи. Слегка покопавшись в карманах, Борон вытащил из них крошечный фиал. В нём тихо переливалась странная алая капля, которую точно оценил бы вампир. Этот секретный ингредиент младший Боне добавлял всем, кто ему нравился, чтобы сделать из них постоянного клиента клуба Кимсана. Вкус крови ужасен дитю ночи, если она взята у бомжа, и похож на изысканный деликатес, если выпита от аристократа. Жидкость же, насыщенная к тому же магией, вызовет у вампира экстаз.
- Прошу добавить это в «Розу». Подарок от бармена, - сиплый голос Борона выдавал в нём курящего человека. Сам же колдун не сомневался, что девушке понравится подарок. Несложно догадаться, где брал младший Боне эту кровь. – Меня зовут Борон Боне. Я должен был стоять здесь…, - язык прошёлся по сухим губам, - вместо Брайана.

Отредактировано Борон Боне (21-11-2018 20:58:40)

+2

5

Накаленная атмосфера, казалось, была где-то там, в районе умов и мозгов охраны и персонала, но никак не внутри и вокруг самой Самайн. Она выжидала. Затаилась как дикая кошка на охоте и ждала. Либо им придется приложить уйму сил, либо ей - разнести это место. Подобной обиды девушка не прощает. Парнишка противно скулил за стойкой, даже не пытаясь вытащить вилку из руки, или руку из вилки - тут не понятно, что из этого было бы проще сделать. Появившаяся новая фигура на шахматной доске приковала к себе взгляд вампирши. Большие глаза Боне сощурились, изучая появившегося в зале азиата. Приятный аромат парфюма, отглаженная одежда, идеальная прическа... Пожалуй, она даст ему возможность высказаться. А как смело он себя ведет, нисколь не опасаясь её... Профессионально. Однако одобрительного взгляда он еще не заслужил, нет. Лишь высокомерного, но пусть скажет спасибо - уже не презрительного.
-Благодарю, мсье. Не терплю, когда деловой беседе мешают посторонние звуки, - прохладно сказала девушка, не спуская глаз с зашедшего за барную стойку мужчины. Японец. Да, определенно японец. У корейцев немного другой разрез глаз, у китайцев не такое строение лица и цвет кожи. Его голос в точности вторил её интонациям и был лишен той напускной приветливости, которая могла бы взбесить Сэм еще больше. Услышав фамилию, вампирша сглотнула. Ей стоило невероятных усилий, чтобы не выдать своего удивления и того факта, что что-то внутри нее как будто перемкнуло, вспышкой, уколом, называйте это как хотите. Дурацкое совпадение, не может же быть семья Альберта единственными Боне во всей Японии, верно? К тому же, Майеры никогда не говорили о других детях её отца. Нет. Нет, определенно невозможно.
Самайн лишь кивнула в ответ на приветствие. Она здесь клиент и хозяин положения, и не обязана представляться в ответ. Пока что. Кто знает, если ответ и компенсации Кимсана ее не устроят, то его трупу будет совершенно ни к чему её имя.
Вампирша оказалась услышана, и это первый раз за сегодняшний вечер вызвало на ее лице сдержанную, но улыбку. Мужчина явно знал свое дело, предложив Самайн вино не из холодильника, все же кровь куда приятнее на вкус, когда она теплая. Девушка отбросила на стойку испачканную салфетку, которой пыталась хоть как-то спасти свою блузу, и приняла из рук Кимсана бокал, тут же пригубив содержимое, сделав несколько крупных глотков, смакуя невероятно вкусное для нее вино.
-Более того, красное вино и кровь не отстирываются с натурального шелка, - словно идиоту пояснила она мужчине снисходительным тоном, в очередной раз вздыхая по своей так глупо утерянной обновке и обиженно поджимая губы. А я, между прочим, надела ее всего второй раз...
В зал ворвался еще один мужчина, часть лица которого была прикрыта изящной черной маской. Из его уст лились уже не столь обходительные речи, и он не стеснялся на эмоции. Он его криков и матов Самайн даже немного поморщилась, но произошедшее с парнишкой ее, похоже, не заботило совершенно. На вооруженную охрану ей также было плевать, но тот факт, что они больше не наставляют на нее оружие, был приятен.
-Мило, - равнодушно прокомментировала она, глянув вслед утаскиваемому куда-то в недра клуба Брайану, и ставя бокал на стойку. Магия тьмы также не ускользнула от цепкого взора вампирши. Интересная, однако, собралась компания, ничего не скажешь... Второй мужчина также определенно был японцем, и также с лоском одет. В зал тем временем вернулся назвавшийся Кимсаном, предложив для девушки каталог, содержимое которого должно было по его мнению компенсировать ущерб Самайн, но она лишь бегло открыла его, пролистав пару страниц, и закрыла, отодвигая чуть в сторону.
-У вас проблемы с кадрами. Судя по тому, что я увидела, этот выскочка здесь больше не работает, но я бы также предложила избавиться и от HR-менеджера, что принял его на работу. Украшения я посмотрю позже, и, несомненно что-то выберу, или вовсе предложу свой экскиз, - благодарить она, разумеется, не собиралась. Вы же не благодарите продавцов в магазине за свежие продукты? -Поражайтесь. Не устроит. Вернее, устроит не в полной мере, - глаза Боне полыхнули искрой хитрости. -Годовой абонемент в ваш клуб. Лучшее обслуживание, лучший столик, любые напитки, блюда и услуги за ваш счет, - наглость - второе счастье, и Боне на сей раз обворожительно улыбнулась. Нет, ее красоту не испортить даже безнадежно испачканной блузой. -А также мне необходима чистая одежда, я же не могу продолжать свой вечер здесь в таком виде. Пожалуйста, - добавила она, и непонятно, то ли это было вежливое слово, то ли одолжение для владельца, что она озарила это заведение своим присутствием и не собирается его покидать. Наконец, и мужчина в маске представился, вновь заставив Самайн внутренне передернуться, как от удара током. Они...родственники? Слишком много Боне для одного вечера...
В ответ на попытку добавить "подарок от бармена" в ее бокал, девушка закрыла его ладонью.
-Благодарю. Предпочитаю не пить неизвестных жидкостей из рук неизвестных людей, - не терпящим возражений тоном произнесла она, -Но должна сказать, что должность бармена подходит вам куда больше того, что стал вам заменой, - вновь улыбнулась после паузы замешательства от услышанной фамилии, столь знакомой и столь ненавистной одновременно. Нескрываемая близость между мужчинами, да еще и приходящимися друг другу родней, нисколь ее не смутила. -Вопрос. Если позволите. Вы случайно не являетесь родственниками некого Альберта Боне? - вкрадчиво спросила она и глаза ее приобрели хищное выражение, а голос стал ниже. Тянуть с этим вопросом она не имела смысла и хотела расставить все точки над "i" прямо сейчас, вновь изящно подхватывая в руки бокал и опустошая на сей раз наполовину.

Отредактировано Самайн Боне (22-11-2018 00:03:06)

+2

6

- Позволим.
Фиал остался в руке Борона. Когда он протянул его девушке, та ловко и изящно закрыла свой бокал сверху и останавливающим движением показала своё мнение на этот счёт. Вампирскую сущность некромант ощутил сразу. Только дети ночи знают, что им следует заказывать в ночном клубе из общего списка коктейлей. Людям же «Роза» покажется необоснованной горькой и странной. Она же публично наслаждалась напитком и даже защищала его наполнение от лишних ингредиентов. Её сложно назвать дурой: хоть она и устроила здесь представление, от которого можно назвать отказаться во имя сохранения нервов, момент не упущен. Не каждый раз даётся шанс раскрутить владельца ночного клуба на деньги и при этом остаться ожидаемым гостем. Но только ей не повезло в одном: Боне не собирались стелиться перед ней. Они знали, как следует решать проблемы, потому что подлизывать каждому расстроившемуся клиенту означало одно – потерять собственную гордость, имя и разориться за одну ночь. Показать же своё уважение – это другое.
- Моё дело – предложить, - ваше – отказать. – Хотя, окажись бы я здесь вместо Брайана, содержимое фиала сейчас бы кружилось на дне вашего бокала. Вы могли бы даже знать об этом, а, может, и нет. И, замечу, выпили бы, - её право. Упуская момент, не забывай, что в будущем его может и не оказаться. А у младшего Боне остался один лишний фиал: ему всегда можно найти применение. Яркий свет прожекторов продолжал неоновыми вспышками озарять ночной клуб. Оставшиеся клиенты не могли не заметить произошедшее около барной стойки, но сейчас сами легендарные братья, владеющие заведением, привели гневную потасовку с вилками в чьих-то руках к спокойному разговору. Кто-то, испугавшись, всё-таки решил, что на сегодня хватит. Другие же, наоборот, даже подсели поближе, чтобы попытаться подслушать, но игривая музыка мешала, и от этой затеи пришлось отказаться.
- Неделя. Неделю наш ночной клуб вас будет принимать без слов об оплате, - выдержанный сиплый голос колдуна сейчас стал причиной, почему старший брат решил сесть рядом с младшим. Теперь оба сиама находились по одну сторону барной стойки от их таинственной незнакомки. – Когда, - не если, - вы понравитесь гостям, это можно будет продлить до месяца. Ваше удовольствие – наша прибыль и репутация. А если уже целый месяц наш клуб будет озаряться светом ваших ярких глаз, а наши гости будут спрашивать, где она, почему её нет, то, - Борон едва улыбнулся, наклоняя голову и ловя взгляд девушки, - целых два.

Однако задорная музыка не остановила девушку от того, чтобы ударить по голове каждого из братьев всего лишь двумя словами. Несколько лет назад, услышав даже краем уха бы имя ненавистного отца, Борон заскрипел бы зубами, насупился и напрягся. Сейчас же на него повлиял Кимсан: он научил, что в критические моменты лучше взять себя в руки и надеть маску. Альберт Боне. Значит, перед ними сидит либо наслышанная о богатом бизнесмене дамочка, либо же очередная сука, которую он отправил в поиски за блудными сыновьями. Во втором случае у мужчины к отцу вопрос один: когда ж ты успокоишься? Голосок-то девушки стал ниже. Играя роль хищницы, незнакомка хотела застать мужчин врасплох. Она бы это сделала, не сиди бы оба Боне рядом. Борон промедлил только одну секунду. За неё колдун подраскинул шансы того, что чувствительный к человеческим эмоциям вампир легко уловит ложь.
- Позволим. Мы не имеем к нему никакого отношения, - хладнокровно пожал плечами младший Боне и даже выпрямился, доставая любимое вино Кимсана из-под стойки и одной рукой выставляя два бокала перед собой и братом. Если не врать, то изящно уходить от ответа. Не лгать, но недоговаривать. Ко всему прочему, Борон сейчас сказал самую настоящую правду. – Нам и самим прекрасно живётся.

+2

7

Какой смысл?

Супругам Боне давно не требовались годы, чтобы прийти к общему соглашению. Они дополняли друг друга, как инь и янь, спокойно, без спешки. Кимсан с неприкрытым, но не пошлым интересом наблюдал за девушкой по ту сторону барной стойки и время от времени склонял голову набок. Щурился. Позволял губам дрожать в оценивающей улыбке, но редко и так, чтобы спустя секунду она вновь превращалась в преспокойную. Леди, так и не представившаяся, очень себя любила. От краешка ногтя с изысканным маникюром до подошв бордовых туфель и кончиков переливавшихся под светом ламп блондинистых волос. И такая наглость, казалось, вот-вот выбьет из колеи, заденет, разозлит, но этого всё не случалось. Боне не за просто так считал себя тем ещё краснобаем. К тому же, владельцем не одного жалкого клуба, а целой сети, медленно распространявшейся не просто по Бордо, но и другим городам Франции. Более того, он даже не вздрогнул, когда младший брат перенял эстафету и принялся ставить девушку перед фактом. Борон Боне - давно не тот человек, который всё испортит, не успев начать. Увлёкшись приведением бокалов в человеческий вид, Сан дослушал весь диалог до самого конца и только тогда в томительном нетерпении облизнул припухлые губы. Договориться можно всегда. О папочке спрашивали в последнее время частенько. Чем популярнее становились братья, тем больше каждый второй дурак торопился ткнуть их в существование Альберта.

- Минимум через три месяца, максимум через полгода «Talking to the Moon» ждёт ремонт, который приостановит работу клуба, - когда с наведением чистоты оказалось покончено, Сан принял бутыль вина у брата и легко разлил его по бокалам. После чего сел удобнее, перехватил двумя пальцами свой и посмотрел на леди так, будто уже как несколько ночей беседовал с ней за барной стойкой о сложной жизни. Каждое движение Боне, мимика его лица, игра взглядов - всё это балансировало на гранях «Я разговариваю с тобой на равных, потому что ты вовсе не лучше меня» и «А ещё потому, что я - ничуть не значимее, чем ты». Умение избавиться от ярлыков, разделявших клиентов и администраторов целой пропастью, шло на руку. Пригубив любимое вино, Кимсан поднял внимательный взгляд на вампиршу. И не понять, что за эмоция плескалась в чёрных омутах: отеческое тепло, дружеское понимание, флиртующая признательность или очередная игра того, кто профессионально менял маски, будто посвятил жизнь театру? Целый букет оказался подарен одной-единственной девушке, словно она - действительно неповторимый свет сегодняшнего вечера. Свет, но не королева ситуации.
- Нет ничего приятнее чувства осознания, что твоя работа - твоё удовольствие. Чем больше Вы светитесь от наслаждения нашей пищей, музыкой и лучшим столиком, тем сильнее продлевается Ваше бесплатное пребывание здесь вплоть... до ремонта.
Братья Боне не раз до этого обсуждали необходимость иметь... женское лицо клуба. Почему бы хитро не убить двух зайцев одновременно? Что же касалось проблем с кадрами... тут-то Боне широко улыбнулся. В данное место работников набирал именно он. Раскосые глаза метнулись в сторону, поймали внимание Борона и слегка поиграли с ним.
- Если же целые полгода здешние завсегдатаи не смогут без Вас жить, после того, как начнётся ремонт, кто знает, может, другой наш клуб в Бордо сможет открыть свои двери для всеобщей любимицы.

Тогда-то прозвучал вопрос об Альберте Боне, а Борон быстро нашёл на него ответ. В глазах Кимсана зачиталась лёгкая усталость. Он не удивился совсем. Интересно, малышка напротив - хвост Альберта? Не стала бы она тогда сразу о нём тему заводить, если не дура. Пришли папочка очередную шлюшку следить, сделал бы это тихо, а не привлекал к ней подозрительное внимание всего живого и мёртвого.
- Вы говорите, «некоего». Не знаете его достаточно хорошо? - Боне пожал плечами и, не сдержавшись от хриплого вздоха, а-ля «Как же затрахал этот вопрос», смертельно усталым тоном заключил: - На данный момент Альберт Боне не считается нашим родственником ни прямо, ни косвенно, ни по диагонали. Если же вопрос подразумевает исключительно кровную связь, то какой смысл несёт ответ на него для совершенно посторонней девушки?

Отредактировано Кимсан Боне (22-11-2018 16:04:45)

+1

8

Самайн вскинула бровь в ответ на реплику Боне в маске:
-Подливаете в дорогие напитки наркотик, чтобы заставить состоятельных клиентов приходить сюда за новой дозой? Как грязно..., - в ее голосе не было даже намека на неодобрение, скорее он был ироничен и прохладен. -Мне нравится, - добавила она, вешая на лицо гримасу "а почему бы и нет". Нет, действительно, идея вполне себе прекрасная, но без ее участия. Только другие могут избрать ее наркотиком для себя. Зависеть от кого-то и от чего-то самой? Ну уж нет. А вот дальнейшие его речи ей не понравились. Он что, не видит, кто перед ним? Проснись, театрал, открой глаза и включи свой сжавшийся мозг! Какая неделя?!
Девушка презрительно фыркнула, отставляя бокал на стойку и подаваясь чуть вперед:
-Так дешево оцениваешь мою персону? - с вызовом произнесла она, внезапно переходя на "ты" и чуть прищурившись. -Или боишься, что я обанкрочу ваше заведение? Жаль. Я была о тебе лучшего мнения, - с красиво наигранным разочарованием произнесла она, наплевав на то, что ее мнение здесь, скорее всего, никого не волнует. Он смеет ставить ей условия - каков наглец, а! Самайн хмыкнула и отклонилась от стойки, возвращаясь в привычное удобное положение. Дайте ей пять минут, и присутствующие сейчас и здесь посетители приползут к ней на коленях, восхищаясь ей, словно богиней. За это Боне и любила ментальную магию - если она не получала желаемое без использования своих, то абсолютно не стесняясь пускала их в ход, чтобы результат ее удовлетворял.
Сэм перевела глаза на Кимсана, отправившего помощницу исполнять просьбу клиентки об одежде, и вот его предложение устроило её гораздо больше.
-У меня нет возможности озарять своим присутствием Ваш клуб слишком часто, я занятой человек. Но полгода меня вполне устроят, раз уж Вы затеяли ремонт, так и быть, - снисходительно согласилась Самайн. -А пока идет ремонт, снимусь для рекламы Вашего заведения. Мое портфолио можете посмотреть здесь, - и она вновь не спрашивала, а ставила перед фактом. Кажется, именно так действуют деловые люди? Выразительность лица Кимсана приковывала ее внимание, он умудрялся без слов пытаться взобраться на одну ступеньку с ней, и его попытки были достаточно успешны, вызвав одобрительную улыбку Боне, протягивающую свой смартфон, где была уже открыта нужная папка с ее фотографиями. Лишний пиар и лишний доход от этого пиара ей не помешают. -Но скажу сразу. Меня не интересуют другие Ваши клубы. Я хочу этот, - безапелляционно, с нотками капризной девочки, заявила Самайн, скользя сладким ядовитым взором уже по Борону, и вновь улыбаясь. Ей нравилось его вызывающее поведение.
Но это все были мелочи, нюансы, меркшие с тем, что она услышала дальше. Её вопрос каждый из братьев не оставил без ответа. Вампирша стала серьезной.
-Полагаю, нам лучше переместиться в обстановку, более располагающую к разговорам, - с жесткостью и некой строгостью произнесла она. Сколь же велик спектр ее лиц и интонаций?! Борон, которого данная тема, судя по его реакции, касалась и еще как, хотя он весьма умело ее прятал, тут же согласился, владелец же отправился за ними следом со вздохом неудовольствия. По пути Сэм прокручивала в голове тот факт, что ее кулон очень странно отреагировал на слова обоих. Не завибрировал, но мелко задрожал. Одно она могла сказать наверняка - для обоих них тема была неприятна. Самайн ненавязчиво поочередно коснулась разумов обоих Боне, не вмешиваясь, но изучая - наткнулась на ментальную устойчивость одного, почуяла схожую со своей силу у второго. Что ж, пока что не было нужды копаться в их сознании, но готовность вампирши была включена на максимум.
Троица оказалась в комнате, предназначенной для ВИП-клиентов: темное ковровое покрытие, приятные графитовые стены, приглушенный белый свет, пара бархатных кресел, круглый стол цвета венге меж ними, и бильярдный стол. На пути туда их перехватила Кэтрин, передав Самайн упакованную в бумажный пакет одежду. Закрыв дверь, девушка заглянула внутрь пакета и вытащила оттуда мужскую белую рубашку из приятного натурального хлопка и биркой Hugo Boss. Не последняя коллекция Роберто Кавалли, конечно, но вполне сойдет. Беловолосая сняла с головы шляпку, устроила ее на бильярдном столе и стала переодеваться, и одновременно начала разговор, совершенно не стесняясь взглядов. Они взрослые люди, и неужели ни разу не видели обнаженное женское тело? Ну а если не видели, пусть хоть тут посмотрят. Избавившись от блузы, к своей досаде Сэм обнаружила, что ее нижнее белье также покрыто пятнами от вина, прищелкнула языком и повернулась к братьям спиной, столь же хладнокровно избавляясь и от лифчика. Ходить в испачканном белье? Увольте, это ж насколько нужно себя не уважать!
-Если быть точной, не знаю его совсем. Видела только на фотографиях, знакома по рассказам. В отличие от него самого. Меня он видел, но недолго, и очень давно, - Сэм произносила слова спокойно, на сей раз без каких-либо наигранностей или нарочитых интонаций. Максимально просто. -Совершенно справедливое замечание про постороннюю девушку, мсье Кимсан, - признала она, закатывая рукава слишком длинной для нее рубашки, после чего развернулась лицом к мужчинам: -Но. Мое имя - Самайн, - избирательно застегивая пуговицы - оставляя в покое первые две и несколько последних, после чего красивым узлом задрапировала ткань низа рубашки, завязав его чуть выше своей талии. На внутренней стороне левого предплечья японцы могли заметить аккуратную черную татуировку в виде стрелы. -Самайн Боне, - сказала девушка, наконец, оставшаяся довольной своим внешним видом и устраиваясь на углу бильярдного стола, переводя свои голубые глаза с одного брата на другого.

Отредактировано Самайн Боне (22-11-2018 17:28:16)

+2

9

Признаться честно, где-то в недрах души Кимсана раздражение всё же закипать начало. Не то безрассудное и абсолютно бесполезное чувство, а очередное радостное воспоминание о причине, по которой Боне в конце концов предпочёл мужчину. Ей-богу, веди Борон себя подобным образом, а не просто фыркай на всё вокруг, как он любил - развод и девичья фамилия. Только Самайн повысила голос, Боне сморщился, благо девушка полностью увлеклась младшим из братьев и не заметила изменившейся на пару секунд мимики администратора. И за что эта белокурая тиранша вообще свалилась на голову? Ладно. Слишком скучно, когда жизнь - малина. Уединяться старший Боне не особенно желал, но они с братом, всё-таки, занимали целый бар, который людям ещё мог пригодиться. Кэт встала на замену, а троица оказалась в ВИП-комнате, где Самайн принялась сбрасывать шкуру. Переодеваться, простыми словами. Борон, чего следовало ожидать, даже не вздохнул в её сторону, Сан только переглянулся с братом и устало пожал плечами, как бы говоря: «Зато не попросила отвернуться». Смартфон мисс, назвавшей себя Боне, до этого момента бесполезно вертелся в ладони Сана, но в конце концов мужчина уткнулся в него, чтобы хоть как-то отвлечься отвлечься от неловкости, вызванной шелестом одежды и хриплым дыханием Борона.

Папка с фотографиями мужчину заинтересовала слабо. Сходу ясно: снимки качественные, свет выставлен неплохо, ракурсы удачные. Однако всё это - требуха, если не знать и не видеть человека в реальной жизни. Нужно признать, Самайн невероятно эффектна для рекламы, но Боне о последней пока даже не думали. Ладно. Мысленно Кимсан махнул рукой и пустил всё на самотёк - сейчас он слишком пьян, чтобы думать наперёд. Застать администраторов клуба подшофе - определённо, выигрышный вариант, чтобы получить от них чуть больше, чем могло быть в обратном случае. Так что, когда галерея Боне наскучила, он легко перешёл к социальным сетям. Забавно. Учётные записи фейсбука и инстаграма светились фамилией Боне. Фанатичка? Тогда же Самайн представилась. Чёрные глаза Кимсана медленно поднялись прямо на неё и лишь мельком пробежались по татуировке на предплечье. Бровь поползла вверх. Послышался несдержанный смешок Борона.
- Красавица... - только младший Боне мог использовать ласкательное обращение, но интонацией превратить его в самое настоящее унижение. Скрестив руки на груди, брат ступил вперёд. - Ты хоть понимаешь, сколько раз к нам приходили намалёванные блондиночки вроде тебя, брюнеточки, рыжие бестии и говорили, что они - Боне? - в глазах Борона - не просто неверие, а всё наглядное отношение мужчины к представительницам женского пола. К большинству, по крайней мере. - Не сосчитать. Что мы теперь должны, в ладоши похлопать?
Нет, Борон не изменился сразу по приходу в тайную комнату. Он ответил тем же, чем ответила ему Самайн у барной стойки - нетерпением на нетерпение. Гордости колдуну не занимать.
- И все безоговорочно верили, что мы бросимся им в ноги. Знаешь, что? Хер там плавал. Когда уже ты и подобные тебе дамочки поймут, что блядские связи с нами строятся не таким образом?

- Она модель, - наконец старший близнец подал голос, оторвавшись от экрана мобильного. Он не лез в личные переписки, только прошестрил страницу и даже вспомнил, что слышал о подобной девушке, когда изучал знаменитостей Бордо. Не обратил должного внимания, лишь отметил неестественно большие глаза, и пролистал вниз. Да, точно. Теперь Сан вспомнил. В отличие от младшего брата, старший оставался напудренным и преспокойным, как море в штиль. Маска. Действие алкоголя. Усталость. - Модели часто берут себе сценические имена и фамилии, Самайн. О, нет, я не оцениваю твою персону столь дешёво, - мужчина повторил в точности ту фразу, которую девушка использовала, когда нападала на Борона, но произнёс её без издёвки. Глушил непосредственностью. Выдержкой. - Но это был бы весьма умный ход с твоей стороны - не только получить бесплатные удовольствия, контракт на рекламу и знакомство с администраторами, но и их расположение. Мой тебе совет - не нужно так делать. Связь с остальной семьёй давно ничего не значит ни для меня, ни для Борона, - и, как бы странно это ни звучало, спокойно сказанные Кимсаном слова являлись полной правдой. Фамилия оставалась для братьев гордостью, их корни же - плохим прошлым. - В наше время даже фамилию можно изменить, а имя Альберта хорошо известно любому. Без весомых доказательств, увы...
Боне развёл руками. Самайн наверняка не нужно ничего доказывать, но если оставался тот самый один процент её искренности, то как стоило правильно реагировать? Борон сжал двумя пальцами переносицу и раздражённо прохрипел:
- Сан, это очередная мошенн...
- Тихо! - Боне едва успел вскинуть ладонь, когда лицо Самайн резко переменилось на лицо настоящей фурии, а Борон захотел шагнуть вперёд. Выставив руку, Кимсан огородил ею брата от девушки (или девушку от брата), и в очередной раз попытался остаться тем самым связным, который спасает ситуацию от драки. Боне обратил внимание не только на слова девушки, но и на то, как резко её тон стал ровным. Она неплохая актриса, однако искренность играть - сложнее всего, и у мисс Боне это получалось.

- Ты говорила, тебя он видел недолго, и очень давно. Это должна быть долгая история, м?.. - по правде сказать, близился рассвет, и эмоциональная встряска утомила. Боне уже на автомате потянулся за визиткой, чтобы дать её Самайн, но вместо этого вдруг принялся вбивать в её смартфон свой номер и адрес ювелирной студии. - Я работаю в центре Бордо. Всю первую половину дня мы завтра там, если хочешь поговорить, как цивилизованные люди - добро пожаловать. Можешь сразу привезти идеи для украшения, - закончив, Сан столкнулся со взглядом Борона, так и блестевшим красноречивым «Ты серьёзно?». В ответ старший брат только плечами пожал. Когда близнецы вновь обернулись к Самайн, она водила голубыми глазами с одного мужчины на другого и явно хотела получить ответы здесь и сейчас. Под чьим-то напором точно придётся сдаться.
- Что? - Сан позволил себе устало закатить глаза. - Нам, как выяснилось, предстоит сотрудничать с девушкой, прилипшей к нашей фамилии. Что насчёт... - чёрные глаза остановились на Сэм. - Мы скоро сворачиваемся. Подождёшь полчаса - подкинем до дома, в машине расскажешь, почему так удивилась. Если же автомобили простых смертных - не твой уровень, позвони ухажёру, а завтра я буду ждать тебя по указанному адресу.
Смартфон оказался протянут девушке обратно. Последняя реплика Боне прозвучала холодно и преспокойно. По привычке коснувшиеся плечами братья кротко переглянулись - по ним видно, что иначе они поступать не собирались.

+2

10

Первая стадия -шок. Вторая - отрицание. Третья - подозрение. Похоже, её гипотетические родственнички решили пройти все стадии по очереди, к неудовольствию Самайн. Она не любила кому-то что-то доказывать, считая, что если у людей есть хотя бы толика ума, то поймут сами, а если нет - то и растрачивать силы попусту не стоит. Однако здесь был другой случай. Японка закатила глаза и глубоко вздохнула.
-Мне плевать на других, и связи подобного рода меня не интересуют, милый, - с таким же ядом ответила девушка на выпад Боне в маске, отказываясь произносить слово "блядские" вслух. -Я пришла сюда только чтобы выпить после тяжелого дня в компании вашего лучшего бармена по имени Ричард. Я и понятия не имела, что все обернется таким...казусом, - Сэм старалась не повышать голос и уже во второй раз удержалась от произнесения грязного ругательства. Держать лицо. Всегда. Тем временем второй брат, наконец, закончил изучение ее галереи, включавшей в себя самый разнообразные снимки с фотосессий, главным достоинством которых была местами нарушенная грань безумия, а также разнообразие лиц и поз. Фантазии Самайн было не занимать. Меж девушкой и Бороном явно была готова вот-вот вспыхнуть искра, и это совсем не та искра, про которую все подумали. Речь идет об искре, случайно чиркнувшей над разлитой бензиновой дорожкой, чтобы через мгновение она взвилась бешеным пожаром. Ну и взрыв, конечно, в конце будет взрыв, ведь со взрывом всё становится лучше. Добиться от другого брата конструктивного диалога было гораздо проще, поэтому вампирша переключилась на него.
-В прошлом. Модель - это подработка в свободное время. В настоящий момент я являюсь владелицей цирка La Folie, - отчеканила она, скрещивая руки на груди и подмечая, что Кимсан отплатил ей той же монетой, что и она Борону - перешел на "ты". -И не бери на себя слишком много, советовать Мне что-либо - выше твоей юрисдикции, - тот факт, что связь с остальной семьей для них больше не значила (а сомнений в этом у Боне благодаря артефакту не возникало), радовал. Почва успешно прощупана, теперь можно было переходить к делу. Самайн запустила в руку сумочку, извлекла оттуда паспорт в кожаном переплете, и отправила его точным броском прямо на круглый столик, почти в руки мужчин. -Вот мой паспорт, н.... - однако она не успела договорить, прерванная почти рычащим голосом Борона. Это была последняя капля.
Он.
Посмел.
Её.
Перебить.
И не просто перебить, а встрять в чужой спокойный, насколько было это возможно в данной ситуации, разговор. Да еще и обозвал ее "очередная". Да, все верно, эпитет "мошенница" ее ничуть не касался, но вот приравнивание себя к другим, к остальной серой унылой массе, достойной лишь подтирать полы, по которым она ходит... Увольте. И что за отвратный вечер свалился на мою голову? - думала она, быстро меняясь в лице и готовясь ринуться вперед. Молю, дай мне повод, потому что причин у меня уже достаточно, - твердило ее сознание, пока сама Самайн буравила прожигающим взглядом дерзкого азиата в маске. И лишь жест со стороны Кимсана остановил обоих, худо-бедно возвращая диалог вновь в спокойное рассудительное русло.
-Я не договорила, - его вопрос и предложение были проигнорированы. Девушке требовалось закончить сказанное, и она это успешно делала: -Вот мой паспорт, но, думаю, даже графы ФИО и место рождения не удовлетворят вас в качестве весомых доказательств, поскольку подделать любой документ в наши дни не составит труда, особенно при наличии криминальных связей, - Самайн усмехнулась, снимая со своей шеи серебряную цепочку-шнурок, на которой висел кулон из лунного камня. Она соскользнула с бильярдного стола и шагнула к Кимсану, протягивая амулет. -Возьмите его в руку, - когда мужчина сжал кулон в ладони, Сэм вновь заговорила, меряя шагами комнату: -Я мужчина, - кулон ощутимо завибрировал. -Вы весьма симпатичны, - кулон пребывал в состоянии покоя. -Это место - худшая дыра из всех, что приходилось мне видеть, - кулон вновь завибрировал, а Самайн продолжила, останавливаясь прямо напротив Кимсана, но не глядя ему в глаза, дабы исключить с его стороны подозрение в гипнотическом воздействии. Её взор был направлен в окно. -Меня зовут Самайн Боне, - четко произнесла она вновь, делая паузу, дабы он убедился, что кулон вновь в состоянии покоя. -Я дочь Альберта Боне и Абелины Боне, - вторая фраза и вторая пауза, в которую Сэм успела вспомнить, что знает о матери лишь ее имя и больше ничего. Абсолютно. -И я ненавижу своего отца, - последняя фраза, сказанная столь же спокойно и привычно, словно она повторяла ее себе и окружающим каждый день. -Полагаю, что Вы понимаете, что это значит? - холодно, но достаточно тихо спросила она, сначала указывая взором на кулон, а затем поднимая взгляд на Кимсана и забирая из его руки свой амулет, дабы вернуть его на законное место. Она не заметила, как вновь перешла на "вы", как того требовал деловой разговор, впрочем, это уже не имеет никакого отношения. Самайн забрала смартфон и заблокировала его, возвращаясь обратно к своей сумочке и попутно подхватывая документ со стола, куда его после беглого изучения швырнул Борон. Спасибо хоть страницы не стал вырывать.
-Я передумал. Мы едем прямо сейчас. К нам домой, - тон Кимсана не терпел возражений, Сэм эта идея не казалась такой уж плохой, и она кивнула. Единственным несогласным и все еще готовым вскипеть был Борон, но ему пришлось смириться и с раздражением махнуть рукой под взором брата.
-Только я прошу - давайте возьмем такси. Или водителя. Вы нетрезвы, а я предпочитаю добраться до места в целости и сохранности, - попросила девушка уже на выходе из комнаты. Самайн даже удалось проглотить свое высокомерие и сказать эту фразу достаточно буднично. По пути к машине, вновь со шляпкой на голове и с ювелирным каталогом в руках, она пыталась сообразить и хоть как то сопоставить в голове все факты и личности, но это плохо укладывалось. Пожалуй, только сейчас шок и абсурд ситуации настигли её. Невозможно. Этого просто не может быть.

Отредактировано Самайн Боне (22-11-2018 23:04:11)

+2

11

Каблучки достаточно крепкие?
Конечно же, прийти выпить в компании Ричарда, по которому течёшь – хорошая перспектива после тяжёлого дня для слишком наглой и дерзкой девицы. Как жаль, что целых два пункта из этого плана выполнить нельзя. Ричарда нет, а она – вампир. Течь-то нечему. За свою жизнь Борон ненавидел пожары. Он терпеть не мог их и, точно дитя ночи, боялся неконтролируемого огня, несмотря на заживающие раны и фобии. Однако куда больше мужчина ненавидел свою семью. Она ассоциировалась с бесконечной тиранией, необъяснимой жестокостью и днями, которые превращали любого здорового человека в монстра, полного злобы. Только Кимсан успел остановить младшего брата от того, чтобы подойти к наглой девчонке и вцепиться ей в шею рукой. Да, где-то разум вопил: это плохая идея. Даже самый слабый вампир легко отправит в нокаут человеческого бодибилдера, и пол здесь не имел никакого значения. Однако тёмная магия текла по венам колдуна. А это означало: выход можно найти всегда. Допустим, выжечь поганку изнутри – пламя, которого нельзя избежать. Лицо Борона исказилось в злобном оскале, когда Самайн начала расхаживать по комнате и ставить свои условия, устраивать представление со своей игрушкой, теперь лежащей в руке Кимсана. Да любой вибратор можно превратить в что-то подобное. Колдун бы не удивился, если сейчас в ладони девчонки находился какой-то удалённый пульт, который заставлял серебряную цепочку издавать звуки и дрожать в нужный момент. Да, это отчасти напоминало неверующего Фому, но Борон постепенно терял контроль над собой. Его брови нахмурились еще раз, когда мужчина всё-таки подошёл к брату, небрежно пробежавшись глазами по паспорту. Самайн Боне. Плетение не порвано у документа, но негодно вокруг брелка. А значит, это всё-таки не электрический вибратор.
- После этого как не стать трезвым, - раздражённо прошипел Борон и сделал усилие над собой, чтобы прийти в порядок. Относительно холодная маска спрятала лицо, а глаза остановились на Кимсане. – Нас отвезёт один из наших людей. Самайн может выходить, - звучит как «вали уже», - мне нужно с тобой кое-что обсудить. Сейчас, - в голосе колдуна дрогнула та беспрекословность, сверкнувшая у брата секунду назад.

Изящная походка девушки отражалась не только в зеркалах рядом стоящих машин, но и глазах Боне, которые в лёгком шоке смотрели на неё из окна. Она раздражала Борона, и он это не скрывал. Сколько тупых швалей уже заваливалось к братьям, чтобы забрать себе часть пирога. Единственное, в чём мужчина действительно согласен с этой девчонкой – да, сегодня подделать можно абсолютно всё. Но обычно колдун чувствовал себя менее раздражённо. Это… развязное, наглое, демонстративное поведение, которым она буквально говорила, что не скрывает своей предстоящей победы. Стуча пальцами по стеклу окна, Борон дождался, когда Самайн сядет в подогнанную машину, а после развернулся к Кимсану, стоящему рядом.
- Надо признать, она хорошо подготовилась, - размеренно выдал старший брат, тихо выдыхая.
- Как знал, что не надо было забывать серебро дома. Когда приедем, заряжу пистолет им сразу, - голос мужчины не скрывал своего чудовищного презрения. Сиам давно не видел колдуна таким полыхающим.
- Хочешь запугать, когда мы приедем? Не стоит. Пусть она не видит наших тузов, даже если догадывается.
- Я просто хочу, чтобы пистолет, наполненный серебром, лежал у меня за поясом. Тем более, я никогда так не считал живущего рядом с нами оборотня удачей. Если что-то пойдёт не так, натравим. Разорвёт.
- Не факт, что он будет на ме…, - однако не успел Кимсан договорить, как Борон вжался в его грудки нервно пальцами, а сам прильнул к его губами своими в жгучем и колючем поцелуе, который не видно в окне из-за лёгкой тонировки. Притягивая сиама к себе, мужчина хотел успокоиться и потому задержал жест дольше обычного. Ничего, девчонка подождёт. Отпрянув, Борон прошипел в последний раз и поправил галстук Кимсана. Он должен выглядеть безупречно. Дрогнув в напряжённой улыбке, колдун направился к машине. 

Вся дорога прошла в напряжённом молчании. Самайн сидела спереди, а Боне – сзади. Кимсан почти начал транслировать свои мысли в голову Борона, но не рискнул это делать в присутствии вампира, наверняка обладающего менталом. Колдун же, в свою очередь, злился в глубине души и, покусывая нижнюю губу зубами, смотрел в окно. Сейчас бы не хватало дождя: медленно небо закрывало свинцовыми тучами. Благо, их квартира уже виднелась, а значит, они успеют скрыться под крышей до первой капли. Когда автомобиль остановился, водитель открыл дверь Самайн, а сиамы вышли самостоятельно. Поправив своё багровое пальто, Борон поднял взгляд на Кимсана. Поездка в машине всегда успокаивала колдуна, и этот случай – не исключение. Теперь вместо безумного нетерпения пришли размеренное раздражение и осторожность. Младший Боне не собирался дать победить наглой девчонке, решившей, что имеет право носить его фамилию. И, пусть её представление убедительно до чёртиков, это еще не впечатлило мужчину до конца.
«Если Даниэль опять на своей чёртовой подработке, я его убью».
- Нам на третий этаж, - он же и последней. Ядовито блеснув глазами в сторону туфелек «принцессы», Борон хмыкнул. – Каблучки достаточно крепкие? Лифта у нас нет, - отвернулся и двинулся к подъезду.

Отредактировано Борон Боне (23-11-2018 11:49:37)

+2

12

Хочу услышать от тебя.

Господи, за что? Не новоиспечённая сестричка-кровопийца, не убытки, которые повлечёт за собой её присутствие, не даже приглашение девицы домой. За что Кимсану снова превращаться в человека, который на этот раз держит на поводке не одного цербера, а целых двух? Ещё немного, и Самайн с Бороном вцепятся друг в друга, пока старшему Боне останется раздумывать - ревниво спасать брата от укусов или бедную вампиршу, которая даже не подозревает, как колдуна распирает в его чёрном колдовстве. Короткий разговор с Бороном оказался понятным, лаконичным и до боли жарким. Это успокоило старшего Боне и подарило немного выдержки, которой уже вовсю грозил дефицит. Весь дальнейший пусть старший Боне сидел на заднем сиденье, без стеснений сполз по плечу Борона и едва не засыпал. В пьяной голове не крутилось панических мыслей: «Сестра? Как так?! Что теперь делать?!». Боне подозревали, что Альберт не так уж и чист, но Абелина? В представление Самайн больше хотелось верить, чем нет. Хоть Кимсан и не вампир, человеческими способности в ментальном колдовстве он похвастаться мог. Её речь не напоминала блеф. О чём только говорить на ночь глядя, зачем позвал, если с утра всё равно ехать на чёртову работу? Или, может, перенести встречи на дом, а завтра хотя бы выспаться? Когда Борон первым делом двинулся к подъезду, бросив в сторону Сэм ядовитый комментарий, уже убитый Кимсан смахнул с плеч невидимый пух и констатировал факт:

- Такой вот у твоего потенциального родственничка характер. Разгромите мне дом - вышвырну обоих, - в брата Кимсан ещё мог верить, а вот Самайн его нехило так напрягала. Не хотелось с утра разгребать последствия общей «беседы». - Даниэль? - вместо того, чтобы гадать, Боне просто позвонил соседу, к которому братья не раз забегали на чай. - Дома? Понял, мы просто поздно вернулись и не уверены, что не будем шуметь. Постараемся тихо, раз у тебя отсыпной, доброй ночи.
Подозрительным этот диалог со стороны точно не показался, а вот что понял Даниэль в словах Кимсана - это уже дело его и Кимсана. Старший Боне не собирался прибегать к помощи оборотня вовсе, но кровь от пола оттирать - свою или брата в случае бешенства Сэм, - совсем не хотел.
Квартира на третьем этаже встретила лёгким шлейфом цветочного аромата. Дверь в прихожую тихо скрипнула, когда троица принялась снимать обувь. Жаловаться девушке грех - гнёздышко Боне оказалось оформлено в соответствии со всеми современными тенденциями. Вальяжно развернувшись, Сан принялся описывать обстановку:
- Ванная там, найдёшь всё необходимое, включая полотенце и халат для гостей. Он будет... - мужчина медленно оглядел Самайн с ног до головы. - Великоват.
Борон, тем временем, недовольно пыхтел в коридоре. Наверное, припоминал комплимент, пущенный мисс Боне по отношению к старшему брату. Сан наконец почувствовал себя дома. Он имел право вести себя как король и делал это.
- Гостиная в твоём распоряжении: телевизор, иксбокс, модные журнальчики и всякая прочая хрень, - как будто она не на одну ночь остаётся, в самом деле. - Ближняя комната - твоя, дальняя - наша с Бороном. В гостиной отдельный холодильник с закусками, чайник и прочие удобства, поэтому на кухню лишний раз ходить не нужно. Я сделаю чай.

В любой другой момент Боне уже строил бы из себя владельца страшной башни, где дракон не охранял принцесс, а сжирал с потрохами, но нахождение рядом Борона меняло ситуацию. К тому же, Самайн предъявила множество доказательств собственным словам, а место рождения в Осаке подозрительно совпадало с японскими чертами внешности... и сходством с Абелиной? Что-то внутри дрогнуло, когда Боне отметил идентичный цвет волос матери, и... её. Разлив чай и для Сэм, и для Борона, мужчина подождал, пока брат растянется на мягком кресле, а сам пристроился частично на его колене, частично - на ручке. В душ Самайн идти сразу отказалась, так что близнецы даже не переоделись. Боне отхлебнул свой чай. Опустил ладонь на нервно стучавшие по кожаной поверхности пальцы Борона.
- Ита-ак... - наконец Кимсан понял, что уже не имел слов. - Ты ненавидишь своего отца. Того, о котором знаешь только по рассказам и картинкам, который видел тебя всего раз... - глупейший вопрос прозвучал спустя секунду по отношению от одного Боне к... другой. - За что? У меня есть одно логичное объяснение этому, но я хочу услышать его от тебя.

Отредактировано Кимсан Боне (23-11-2018 15:43:34)

+2

13

-Но не сегодня.

Сэм покинула клуб, не удосужившись даже застегнуть свое черное пальто. Зачем, если она не испытывает холода? Коко Шанель завещала, что у каждой девушки в гардеробе должно быть маленькое черное платье, Самайн же предпочитала маленькое черное пальто, идеально сочетающееся со своим гардеробом. К слову, испорченная блуза осталась в ВИП-комнате на бильярдном столе, мятной тряпкой. Конечно, можно было забрать ее и отнести в химчистку, но это полностью убьет весь лоск уникальной ткани, а будучи неидеальной вещь уже не представляла для Самайн интереса.
Девушка устроилась на переднем сидении авто, и пристегнулась. Пока она ждала братьев, успела расправить полы своего пальто, поправить прическу и обновить помаду на губах, после чего шумно щелкнула своим зеркальцем, закрывая его, и со злости швырнула в сумку, вместе с жидкой матовой помадой.
Она чертовски устала, но было нужно собраться. Сегодня пришлось решать проблемы с ранеными тиграми, оплачивая выездные услуги ветеринара, и все из-за глупости Эллен, дрессировщицы. Дура, ты работаешь с этими тиграми уже больше полугода, как, мать твою, их можно было перепутать, и выпустить на манеж двух самцов, не переваривающих друг друга?! Благо, это случилось не во время представления, а во время репетиции, но это не помешало Самайн хладнокровно заявить провинившейся, что она больше не будет работать в La Folie. Более того, Боне позаботится, что все денежные тяжбы за лечение травмированных животных лягут на нее, а еще ее не возьмут ни в один цирк во всей Франции. Никто не имеет права обижать её котиков. Вампирша раздраженно вздохнула, выпуская пар и равнодушно уставляясь в окно, пытаясь отодвинуть на задний план мысли о своей чокнутой семейке и подумать о том, на какие даты теперь сдвигать представление. Девушка достала смартфон, открывая календарь и пытаясь сообразить, но получалось плохо. Звук открывающихся дверей оповестил её, что братья, наконец, закончили свои дела и спустились вниз. От них тянуло недоверием и раздражением, а еще той же усталостью, что и у Сэм.
Ехали молча. Боне лишь однажды усмехнулась своим мыслям, осознавая, что в случае их троицы дрессировщиком выступал Кимсан, а двумя разъяренными тиграми - Борон и она сама. Правда в отличие от Эллен, он умело справлялся с ними обоими...
-Будь добр, пожалуйста, закрой свой рот и лучше следи за своими ногами, - махнула рукой в сторону его мужских туфель Самайн, когда они подошли к дому братьев. Её голос был мил, лишен усталости и раздражения, словно Борону указывала английская королева, а не почти-незнакомка с завышенной самооценкой. Откуда ему знать, что ее ноги способны выдержать очень и очень многое, как и в целом ее тело гимнастки... Самайн пыталась успокоиться и привести свои чувства во внутреннее равновесие. Она находилась на их территории и их было в два раза больше, девушке требовалось быть осторожной. Она требовала этого от всех, кто был вхож в её дом, поэтому вести себя иначе в чужом - не могла себе позволить.
-Не в моих правилах трогать, и уж тем более ломать что-либо в чужом доме, - холодно ответила она на реплику Кимсана с интонацией "за кого ты меня принимаешь?", вновь сдержавшись от ответа "Посмотрим кто кого еще здесь вышвырнет". Запах, царивший в квартире, ее аккуратность и темный приятный интерьер в стиле модерна, оставили Сэм удовлетворенной. По крайней мере, не раздражали, а это было важно. Пальто было повешено на крючок в прихожей, ювелирный каталог и шляпка были оставлены на тумбе там же.
Презентация, устроенная Кимсаном, заставила Самайн вздернуть бровь. Он пытается быть вежливым или серьезно полагает, что она задержится здесь дольше, чем на разговор? Однако одного взгляда на часы хватило, чтобы понять ужасающую правду - ей таки придется здесь переночевать, ведь близится рассвет. Отдельная комната - это уже что-то, спасибо хоть не заставили спать на раскладной кровати или надувном матрасе! А самым величайшим неудовольствием был тот факт, что в их холодильниках, сколько бы их тут ни было, вряд ли найдутся запасы крови. Самайн не привыкла голодать, но, видимо, придется потерпеть.
-Merci.
Из накаленной атмосфера превратилась в нервную. Боне ждали от другой Боне объяснений. Самайн же пыталась подобрать слова и понять, с чего ей следует начать. Они устроились на кресле и требовательно взирали на нее, она же с комфортом разместилась на диване, как настоящая кошка. От чая она отказалась, сожалея, что не захватила бутылку "Кровавой розы" с собой, лицо ее было сосредоточенным.
-Встреться мы лет шесть назад, я бы рассказала грустную слезливую историю бедной девочки, требуя к себе жалости и теплых объятий. Но не сегодня, - хмыкнула Сэм. -Начнем по порядку. Я появилась на свет в 1987 году и пробыла в родной семье совсем недолго. Альберт испытывал в то время финансовые трудности, и денег ему согласилась дать только немецкая семья брокеров. Вампирская семья. В обмен на это,  - она изящным жестом обвела себя рукой от головы до ног. -В качестве залога, поскольку ему больше нечего было предложить. Привлекательные условия, да? Беспроцентный кредит на внушительную сумму и сроком в целых 25 лет, отсутствие лишних хлопот и затрат на воспитание еще одного ребенка...- голос Самайн ни разу не дрогнул, она говорила без запинок, словно бы рассказывала, как прошел ее день: "Сходила в кафе, съела клубничное мороженое, прогулялась по магазинам". Однако чем дальше, тем больше в ее тоне можно было различить нотки затаенной злобы и обиды. -У вашей...кхм, нашей матери, бьюсь об заклад, даже есть фальшивое свидетельство о моей смерти. Но сейчас не об этом, - махнула она рукой. -По прошествии срока ваш...кхм, наш дорогой папочка отказался возвращать деньги и на вот это, - она вновь указала на себя. -Наплевал, даже под угрозами обращения. Думаю, о последствиях этого решения для моей персоны пояснять не требуется.
Самайн взяла паузу и усмехнулась. Эту историю она излагала впервые, и это было...непривычно? Странно? Стало ли легче? Ни на йоту. Что с этим всем теперь делать? Да черт его знает... Из размеренного и искреннего ее голос вновь стал жестким и холодным, как и ее кровь:
-Теперь о главном. Наша встреча - чистой воды случайность, и мне плевать верите вы в это или нет. Мне от вас ничего не нужно, у меня всё есть, я просто хотела разобраться. Не люблю недосказанностей, знаете ли, - а вот в этом вампирша уже лукавила. У нее и правда было все. Всё, кроме полной свободы и свершенной мести, но это во-первых, дело времени, а во-вторых, только ее проблемы. Она всем видом показывала, что если они не желают поддерживать связь с внезапно обретенной частичкой семьи, то она не будет настаивать. Хотелось ли ей чуть больше знать о родителях, чем ей рассказали Майер? Да, конечно. Но и без этого она вполне сможет пережить, у нее впереди целая вечность, чтобы стереть из памяти все, что угодно.

Отредактировано Самайн Боне (23-11-2018 17:00:45)

+2

14

Я в туалет.
Мир решил поиздеваться над Бороном, когда в их прекрасную с Кимсаном жизнь приплыла на оттенках ночи Самайн. Чуть ли не каждое её слово вызывало желание ответить более хлёстко, дерзко и оскорбительно, получить подобный ответ и умереть в круге Сансары, ибо всё начиналось с нуля. Только отрезвительный взгляд старшего брата остановил младшего от того, чтобы не заняться линчеванием на улице. И это правильно. Куда лучше, если она окажется на их территории, где все секреты, тайны и даже скелеты в шкафах играют на братьев. Впервые, наверное, за все годы, пока они живут здесь, оборотень на одной лестничной площадке показался не бомбой с фитилём под боком, а преимуществом. Боне слишком быстро начали разговор. И теперь у Борона в голове расходилась раздражающая дилемма. Кого теперь следовало называть этой фамилией – только ли мужчин, заслуживающих её, или надоевшую девчонку в том числе? Это не важно. Вообще ничего не важно, кроме брата. Когда увлекающая беседа подойдёт к первому антракту, мужчина отвлечётся, чтобы зарядить пистолет нужными пулями. Прошла первая минута. Вторая. История таинственной Самайн лилась с её губ, как со страниц хорошего второсортного детектива. Бедняжечку продали чуть ли не в сексуальное рабство в семейство вампиров, где она им прислуживала, потому что отец задолжал банкам сумму, на которую можно купить небольшое государство. И, конечно же, сейчас, когда она стала богатой, красивой и умной, её волновали только братья, о которых она никогда не слышала. Борон слушал внимательно Самайн и делал свои выводы. Согласился чуть ли не впервые он с её интонацией и подачей – хорошо, что она не настаивает на поддержке связи. Потому что лично младший Боне мог допустить встречу с ней лишь за стойкой бармена. Общаться с ней на энтизуиазме… Увольте.
- Что ж. Забавная история, - серьёзно выдал мужчина. Он начал выкладывать лишние вещи из карманов на стол перед собой. Они мешались и раздражали. Заблокированный смартфон, пачка презервативов, три фиала с «секретным ингредиентом» для Кровавой Розы. Их нужно забрать потом. – Я в туалет.  Давай, Сан.

Оставить любимого мужа наедине с этой змеёй не означает предать его. Наоборот, Борон считал, что только Кимсан может справиться с бешеной выдрой и её не менее сумасшедшими глазами. Ей следует сделать пластику, а то такие глаза только в цирке и показывать. А, секунду… Что ж, тогда всё логично. Если они захотят что-то обсудить, они это сделают. Пока что же мужчина отошёл в сторону коридора, спокойно исчез в спальне, где хранил в тумбочке серебряные пули. Верный пистолет оказался в руках, тихо щёлкнул патронник, когда новый магазин вошёл в слот.  Вдруг глаза зацепились за что-то странное. Разве Боне не заправляли кровать? Спустя секунду по ноздрям ударило что-то странное. Это… что? Гнилое мясо?
- Какого хера…, - глаза почти моментально раскрылись в непонимании, когда Борон увидел на кровати чёрную композицию. На подушках, где обычно спят Боне, лежали две оторванные собачьи головы. Немецкая овчарка и лабрадор – любимые породы собак у сиамов. А на противоположной части чучело крупной хищной кошки, засыпанной белыми и чёрными лепестками роз и застывшей в позе облизывания передней лапы. Не нужно и описывать, что произошло спустя пару секунд, правда? В комнату, где сидели другие Боне, Борон вышел с гневным криком и поднятым вверх пистолетом. – САМАААААААЙН.

Значит, она – всего лишь очередная сучка, которая решила поиграть с Боне. Ничего, каждого вампира обычно учит серебро, а пуль в магазине хватит. Выходя в помещение, Борон почти моментально направил ствол пистолета на девушку и злобно оскалился. Он всем видом показал, что готов выстрелить спустя миг.
- Хитрее придумать способ запугать не придумала!? Головы собак?! Серебро тебя научит, сука! – когда вдруг со своего места вскочил Кимсан, Борон стоял таким образом, что между ним, братом и новоиспечённой сестрой удобно стоял низенький стол. Лунный же свет прекрасно отражался в телевизоре и изящно падал на сиама. За мгновение до того, как мужчина спустил курок, что-то ярко-красное отразилось в стекле плазмы и заставило колдуна зажмуриться. Маленькая алая точка вдруг нацелилась прямо на сердце Кимсана. Лазер?..
- Сука, - сорвавшись с места, Борон закрыл половиной тела брата, когда по округе даже не раздался оглушительный выстрел. Успев схватиться сиама за плечи, мужчина потащил его в сторону.  Где-то сорвались вороны, треснуло стекло окна с аккуратной прорезавшейся точкой, и пуля, точно молния, насквозь вышла через плечо колдуна. Невыносимая боль ударила по разуму, когда Борон вместе с Кимсаном рухнули на пол, а кровь хлынула на дорогой ковёр в гостиной. А пуля должна испугать и Самайн. Она оказалась зажигательной. Огненная вспышка дёрнулась в области плазмы, куда попала пуля, пронзив мужчину насквозь, и заставила телевизор рухнуть наземь с громким треском. Толкая брата в коридор живым плечом, Борон падал за ним на пол и, поднимая пистолет не кровоточащей рукой, направлял ствол прямо на Самайн. Бешеный хищный оскал озарил лицо мужчины, когда девушка вспоминала. Головы собак? Почему же это так напоминало традицию Майеров, когда им было нужно запугать ненужных в их игре личностей? Секунда промедления должна была стоить ей жизни, по задумке Борона. Он нажал на спуск. Раздался грохот настоящего выстрела. Он спугнул всех оставшихся воронов.

Отредактировано Борон Боне (23-11-2018 23:25:01)

+2

15

Стой на месте.

Подушечка пальца задумчиво прошлась по кончику носа. Фиал с гранатовым соком, что висел на груди, намертво удерживал Кимсана от возможных и невозможных нервов, так что, когда Борон предпочёл уединиться, мужчина сжал пальцы, на которых предупреждающе поблёскивали перстни, и поднял глаза на Самайн. Вопреки всяческим недовериям и стадии отрицания она безумно напоминала Абелину. Альберт привёз возлюбленную из Европы, так что большие глаза Сэм никак не смущали старшего Боне. Соответствовало всё. Кроме мотивов. Ясен пень - девушка напротив горда и самовлюблённа, но какой-никакой интерес в её кровавой душеньке присутствовать должен, не иначе. В отсутствие Борона Сан сидел молча по одной причине - обмозговывал всё услышанное и увиденное. А затем пьяную поволоку как рукой сняло.

- Борон, что т... - мужчина молниеносно вскочил, когда брат влетел в помещение с оружием. Головы собак? Самайн всё это время сидела здесь и ни разу не отлучалась, но значит ли это, что ей никто не помогал? Хорошо сработано, бестия. Запудрить мозги скандалом, представиться родственницей и наведаться домой. Пуще того - если всё, сказанное Сэм, правда, она могла желать вместе с вампирской семейкой стереть с лица Земли любого Боне, так обидевшего её одним своим существованием. Вдруг эта преспокойная речь - не больше, чем последняя лекция злодея перед нанесением удара? Лазер отпечатался на сердце, Борон рванул вперёд и сбил с ног, когда послышался сквозной звук. Телевизор лопнул, а осколки с грохотом посыпались на холодный пол гостиной.
- ДАНИЭЛЬ! - рявкнул старший Боне сразу, как поднял голову. Обострённые чувства оборотня ох, как помогут близнецам сейчас.

Нет времени оправдывать Самайн в собственных глазах. В общей суматохе нет времени вообще ни на кого, кроме Борона, которого Сан моментально подхватил, наскоро двигаясь к прихожей. Её не видно из окон, только с кухни, куда закрыта дверь. Боне оказались слишком опрометчивыми на этот раз, и грохот выстрела заставил последних воронов за окном рвануть прочь. Five Seven появился в свободной руке, которой Боне не хватал брата, и тоже оказался направлен на Сэм. Кошачьи глаза ринулись в сторону двери, которую Боне так и не запер в ожидании Даниэля как раз на случай, если всё пойдёт не по плану. Стоило Борону выстрелить по Самайн, Кимсан моментально встал перед младшим братом и закрыл его собой.
- Воздержись, Боне, - он прорычал, и обращение это оказалось посвящено далеко не сиаму. Бешеными глазами мужчина смотрел на кровопийцу, в которую попала пуля. Одна секунда растянулась на вечные замешательства. В глазах Сэм, не понимавшей, какого чёрта творилось, Борона, в ужасе глядевшего на оскорблённого вампира, и Кимсана, осознавшего, что его брата сейчас легко застать врасплох и растерзать. Беспомощно закрывая младшего Боне спиной, старший буравил в вампире дыру и тяжело дышал. Мужчина оцепенел, но ровно на мгновение - до тех пор, пока за приоткрытой входной дверью не послышался приглушенный рык. Даниэль обратился. - Мы уходим. Стой на месте.

Боне уже понял, что это бесполезно, но продолжал направлять оружие на Самайн. Пуля не поможет, зато даст несколько секунд, если в бешенстве она решит рвануть на близнецов прямо сейчас. Братья медленно двигались к выходу, а Борон в любой момент готовился сжечь девушку ко всем чертям.
- Даниэль? - не сводя глаз с бестии, Боне услышал в ответ одобрительный рык. Его все услышали. Оборотень не торопился входить, однако предупреждал. На улице не безопаснее, чем внутри, но находиться в одном помещении с Сэм Боне не собирались. Неизвестность опаснее заведомо ожидаемого. - Я не знаю, что ты, - голос этот прежде от Кимсана Самайн не слышала. Почти звериный, хищный, он тихо хрипел. - Либо ты держишься на расстоянии, либо познакомишься с его клыками.

А фамилия Боне совсем не означает, что ты, белокурая, на нашей стороне.

Отредактировано Кимсан Боне (24-11-2018 15:50:31)

+2

16

Музыка

Как и ожидалось, распростертых объятий и счастья от воссоединения с потерянной сестрой не произошло. Сестра также не испытывала подобающих к подобной ситуации эмоций. Произвести впечатление своей историей она не пыталась, просто рассказывала как есть. Что уж поделаешь, когда история дурацкого дешевого романчика замшелой писательницы, которую никто не трахал последние лет тридцать, является твоей биографией... Самайн презрительно усмехнулась, когда Борон вышел из комнаты и посмотрела на Кимсана, совершенно спокойно выдерживая ее взгляд. Так смело смотрит ей в глаза, зная, что она вампир... Неужели не боится гипнотического воздействия? Смело. Или глупо? В любом случае, у нее сейчас не было причин прибегать к гипнозу. На языке вертелся совершенно дурацкий вопрос, вроде "И что теперь?"
Вспышка гнева, которую почувствовала Сэм, отдалась горечью в горле. Девушка приосанилась и спустила ноги с дивана вниз, уводя взгляд в стену перед собой для концентрации и врубая ментальную магию на полную. На сей раз она не церемонилась - гнев клекотал в голове Борона с невероятной силой. Она врезалась в его сознание быстро, дерзко, напролом, сметая к чертям его ментальную устойчивость. Перед глазами появилась картина, которую полминуты назад лицезрел Борон в спальне, а уже спустя секунду он сам появился в дверном проеме гостиной, изрыгая ее имя, словно самое страшное проклятье. Самайн сморгнула, переводя глаза на мужчину, что направил на нее пистолет.
Уже второй раз за сегодняшний вечер на нее наставляют оружие. Что за дерьмо... Она поднялась на ноги и открыла рот, чтобы ответить очередным отрезвляющим ядом, но не успела.
Самайн застали врасплох. Удивительно, но в такие моменты ей удавалось засунуть свои чувства, свой поглощающий гнев и бурю сжирающих эмоций куда подальше, и начать думать трезво. Были лишь жалкие мгновения, чтобы попытаться понять. Собачьи головы и кошачье чучело - предупреждение, как правило, становящееся последним. Но...Как они узнали раньше нее? Когда?! Она давно обеспечила себе ментальный блок, не дающий ни единой душе вторгнуться в свое сознание. Отслеживали ее по мозгам тех, с кем она встречалась? Или...камеры? Смартфон по GPS? Одному Люциферу известно, насколько глубоки криминальные связи немецкого мафиозного клана вампиров. Красный лазер, отражающийся в экране плазмы и метящий в сердце Сана. Чем не понравилась им их встреча? Почему прицел не в нее, возомнившую о себе слишком много, а в них? Рывок Борона, кинувшегося спасать брата. Рычаг воздействия? Избавление от лишних свидетелей? Резкий запах крови. Значит, прослушка. Она не назвала имен, но назвала страну - досадный просчет. Суки... Боне не знала, кого ненавидела больше - их или отца. Пламя.
Девушка вскрикнула, отскочив к стене, дабы ее не зацепило последовавшей за этим огненной вспышкой. Пока братья пробирались к коридору, ее хватило на то, чтобы резко дернуть на себя ковер и швырнуть его на горящую плазму, если не туша пламя, то препятствуя его распространению, благо вампирская сила позволяла это сделать.
Блядство. Конченые уебки.
Вампирша скрипнула зубами, в прыжке срываясь с места, чтобы перескочить диван и оказаться возле окна. Не вышло - в полете ее настигла серебряная пуля, выпущенная Бороном с прорезающим слух звуком выстрела. Сука. Если бы она осталась на месте - он попал бы прямо ей в голову. Приземление оказалось менее ловким, чем ей хотелось бы. Пуля вошла в бок Самайн прошивая нижнюю часть ее живота, но встречая на пути тазовую кость, что не дала покинуть тело девушки, оставаясь внутри. Адская вспышка боли, скудные капли темной, густой, холодной крови. Очередной вскрик Самайн, уже рычащий, на сей раз уже не от неожиданности, но от адской боли. Чуткого вампирского носа касается запах псины, сознания - животные инстинкты. Оборотень рядом. Так вот чье имя выкрикнул Кимсан. Сука, только этого сейчас не хватало. А свое серебряное оружие Сэм непредусмотрительно оставила в сумочке в коридоре, совершенно не рассчитывая на подобное завершение разговора.
Мгновенная регенерация начала делать свое дело, сращивая органы...вместе с пулей, что было чертовски неприятно. Самайн с шипением поднялась на ноги, поворачиваясь лицом к окну и...поднимая руки. Нет, сука. Они. Их. Не. Получат. Она буквально чувствовала затылком, как ее спину буравят пара ненавидящих взглядов, слышала щелчок второго пистолета, направленного в ее сторону. Объяснять им что-либо сейчас было бессмысленно, Самайн прекрасно понимала как ее подставили и ЧТО сейчас испытывают в ее адрес оба Боне. Браво, Майер, аплодирую стоя. Ты мне за это ответишь, клянусь.
На стекле вновь мелькнула красная вспышка. Одна. Вторая. Страхуются? Это правильно. Были бы у нее сейчас под рукой ее ножи, она сняла бы обоих стрелков двумя точными бросками. Обидно. Ничего, в каком бы пиздеце она не оказалась, она непременно отомстит. Не впервой. В призрачном отражении в окне она видела, как одна красная точка почти недвижимо горела на ее лбу, вторая - на уровне сердца.
Мы уходим. Стой на месте, - если бы она была человеком, то наверняка задрожала бы от столь устрашающего тона. Не животного, демонического. Так вот ты каким умеешь быть, братишка... Да, вы определенно друг друга стоите.
-Верное решение, - спокойная и какая-то...человеческая интонация? -Без паники, мальчики. Это за мной, - хорошо они сейчас не видели ее бешеные глаза, в которых сменялись по очереди испуг, гнев, боль и ненависть. Но было одно "но". Стоять на месте она не собиралась.
-Забирайте пса с собой, пригодится, прикроет. Не думаю, что они в курсе о его существовании, - раздавала инструкции без лишних сантиментов и без той типичной для нее жесткости и беспрекословности. Но ее голос...он пробирался в самую душу, в самое сердце, в самое нутро своей убедительностью, при этом так ни разу и не дрогнув. Самайн подняла руку и открыла окно, бесцеремонно с мясом выламывая замок, даже не церемонясь с тем, чтобы повернуть ручку. Третий этаж. По сравнению с высшей точкой под куполом ее цирка - ерунда.
-Я отвлеку их. Постараюсь выиграть время. Не пользуйтесь машиной, - им не по нраву воссоединение семьи. Пусть идут нахуй, никто не имеет право лезть в ее личные взаимоотношения с кем бы то ни было.
Или это раскололся Вольфганг, чьими стараниями у нее на руке красовалась татуировка, обеспечивающая ментальный блок и им это НАСТОЛЬКО не понравилось? Не было времени больше думать. Было время действовать. Сэм так ни разу и не обернулась, не взглянула на Кимсана и Борона, готовых растерзать ее. Меж двух огней. Твари.
-Не стреляйте, я спускаюсь к вам! - ох и пожалеешь ты об этом решении, Самайн, - вздохнув подумала девушка, опуская поднятые руки и шагая вниз, чтобы сделав в воздухе несколько сальто, приземлиться ровно на асфальт тротуара, где к ней мигом подлетело несколько фигур, заламывая руки за спину. На шее она почувствовала прикосновение дерева. -Скучали по мне? Могли бы просто позвонить, - с надменной усмешкой поприветствовала вампирша "семью". Если бы у нее была кровь в сердце, оно бы бешено колотилось. Но сейчас же, во внешне не сопротивляющейся Самайн клубился туман из ненависти, холоднее жидкого азота. Теперь она будет ждать удобного момента, сколько бы времени ни потребовалось. Жаль, что знакомство с прочими Боне закончилось именно так, потенциальные братья впервые за долгие годы смогли взбудоражить её мысли, словно глоток дорогого крепкого алкоголя после долгих лет вынужденного потребления второсортного кислого пива.

Отредактировано Самайн Боне (25-11-2018 12:13:23)

+2

17

Они не могли убежать далеко.
Раскат грома оглушительно прошёлся по помещению и вылетел эхом наружу, где за квартирой Боне уже пристально следили. Выстрел привлечёт внимание всех: преследователей, уличных зевак, жителей дома и в скором времени полиции. Да, Борон знал, что поймать вампира на мушку – то же самое, что пытаться подстрелить муху. Однако пуля попала. Не в голову, как хотелось, а ниже, в область торса. Кровь, усилиями дитя ночи циркулирующая по мёртвому телу, теперь капала на дорогой пакет. Быстро поднимаясь, мужчина поторопился найти глазами брата, но не успел. Фигура Кимсана закрыла Самайн от ствола Борона, который тот уже успел поднять для повторного выстрела. На лице мужчины сразу вместе с гневом расплылось непонимание. Он не видел смысла защищать чёртову тварь, которая натравила на них убийц. Однако колдуну польстили: успев забыть, каково это, когда тебя закрывают собственным телом, сейчас мужчина опустил ладонь на плечо брата и признательно сжал, чтобы потом потянуть назад. Однако Кимсан стоял на месте непоколебимо и словно общался с дамой, назвавшей себя Боне. Только тогда Борон и увидел, что Самайн удивлена. Эта эмоция исказила её губы, и, хоть вампиры умеют держать каждый мускул и оставаться хладнокровными, сейчас она чуть ли не скрипела зубами. Где-то на плазме красовался реликвийный ковёр, а Самайн выпрямлялась, шипя, точно злая кошка. Здесь уже сжал зубы Борон и раздражённо хмыкнул. Он ожидал другого эффекта: серебро должно возыметь эффект. Но вместо этого девчонка будто встретилась с обычной пулей. Варианта два – либо колдун попутал боеприпасы, либо же у «Боне» есть туз в рукаве. Пистолет медленно поднимается вверх, и Борон по-прежнему крепко держит Кимсана, готовясь потащить его за собой и открыть стрельбу. Голос же Самайн, на удивление, спокоен. Как это, за тобой?! Не поверю. Сейчас колдун не доверял кому-либо, кроме единственного человека на свете.
- Я не буду спрашивать, какого хуя тебе плевать на серебро, но если дёрнешься в сторону Кимсана, - глаза мужчины не заполыхали, как в дрянном аниме, но ненадолго между мужчинами и девушкой возникло таинственное «выжигающее» напряжение, - я тебе не завидую.
Да, сейчас девушка подозрительно спокойно себя вела. Если всё это – её поганый план, то колдун не удивится. Из коридора краем глаза Борон увидел, как прямо по Самайн запрыгали снайперские лазеры. Но увидеть её глаза и понять не удалось. Она успела отвернуться и раздать короткие приказы, из которых мужчина подчерпнул только одно – что бы здесь ни произошло, девушка словно ожидала «другого исхода».

В частности Борону не понравилось слово «они» из её губ. Оно звучало так, что Самайн точно знала, кто сейчас напал на квартиру Боне, а значит, каким-то образом она замешана точно. И, откровенно говоря, когда колдун обхватил чуть ли не всей рукой брата за грудь и потащил в коридор, он не думал, кто здесь девушка – жертва, охотник или сторонний наблюдатель.
- Сан, держись меня. Нам нельзя показываться в комнатах – окна, - коротко пояснил младший Боне и перехватил пистолет, вновь направляя его не столь в сторону Самайн, сколь ближе к потолку. Она еще так ехидно назвала их мальчиками, что даже в такой ситуации колдуну стало немного тошно. Хорошее время. Времени думать о причинах происходящего Борон не видел. Он сейчас играл роль того, кто излечит симптомы болезни. А потом вместе с Кимсаном, главным умом дуэта братьев, найдёт уже её причину и уничтожит её. Спустя секунду уже в руках сиама появляется его верный пистолет, за поясом пара запасных магазинов. Одни - со свинцом, другие – с серебром. А мужчина заскользил по коридору, выглядывая, не пришёл ли кто в комнаты. Когда самая опасная по расположению из них оказалась пуста, Борон моментально закрыл дверь в неё, но приоткрыл ту, что вела на лестничную клетку. Почти у входа стояло огромное существо, напоминающее безумную смесь из человека и волка. Тёмно-коричневый грубый мех покрывал тела мускулистого оборотня, а злобные жёлтые глаза жаждали крови. Но даже в них Борон увидел их старого друга Даниэля. Его можно пустить в расход. Но туз в рукаве есть и у колдуна.
- Даниэль, здесь охотники. Они пришли сюда за вампиром, но если увидят тебя, то найдут и покалечат, - чуть ли не рыча, как пёс напротив, произнёс Борон и посмотрел на Кимсана. – Я знаю, как мы уйдём с Саном. Но тебе нужно спрятаться. Скройся в квартире и не выходи, пока всё не уляжется.
- Спасибо за то, что отозвался, Даниэль, - спокойно обратился старший брат к оборотню, когда тот громко прорычал и медленно кивнул. – Но не нужно лишний раз проливать кровь. Твои силы тебе еще пригодятся.

За что невозможно не обожать Кимсана – понимание. Еще до того, как Борон рассказал все детали своего плана, он сразу без лишних вопросов подхватил и помог одному из «тузов» остаться не выброшенным на игровую доску. Когда оборотень, скребя когтями исчез на лестнице, колдун спрятал свой пистолет за поясом, а сам рухнул на площадку рядом с братом. В глазах смесь гнева, решительности и злобы. Сейчас всё хотело начать играть против сиамов, хотя уже как несколько месяцев они жили чуть ли не в идиллии.
- Закрой дверь квартиры, Сан, и возьми, что можешь. У тебя полминуты. Я унесу нас отсюда, - из запястий мужчины полилась кровь. Именно она стала основой для алой пентаграммы, расходящейся в стороны и имеющей на вершинах запрещённые формулы на латыни. Когда щёлкнул замок, а старший брат оказался рядом, младший схватил его за руку и потянул в центр рисунка. Тогда Кимсан и увидел, что в зубах Борон держит пожелтевший глаз, который спустя секунду вспыхнул прямо у него во рту и не причинил никакого вреда ритуалисту. Вдруг взгляд самого мужчины пожелтел, на его пальцах засиял яркий зелёный огонь, который обхватил и старшего брата. За две секунды колдун на бешеной скорости зачитал длинную формулу на умершем языке, и понять её было возможно лишь на замедленной записи. Проходит мгновение, и мир перед братьями тухнет. Теперь вокруг – таинственное тёмное измерение, напоминающее выжженную пустыню с чёрным песком. В нём утопали ноги почти по щиколотку, а по ноздрям болезненно бил запах серы. Схватив брата за ладонь, Борон обратился к нему нечеловечески хриплым голосом:
- Представь… место, где мы будем в безопасности, и отведи нас туда.

Из роскошного БМВ медленно вышла фигура, которую даже скрученная Самайн узнала бы даже с закрытыми глазами. Дорогой классический костюм чёрного цвета прекрасно сочетался с тёмно-багровой рубашкой и тёмным галстуком, который мужчина поправил почти сразу, чтобы выглядеть прекрасно даже в такой ситуации. Мягкие черты лица, завязанные в тугой низкий хвост светлые волосы, пронзительные зелёные глаза. Когда два других дитя ночи помогли девушке нормально встать, неожиданный гость подал голос:
- Ах, дорогая-дорогая Самайн Боне, как давно я тебя не видел, - широко улыбнувшись и специально показав вышедшие клыки, старый знакомый из рода Майеров вряд ли воспринялся бы девушкой, как подарок судьбы. – Я-то хотел тебе звонить, но… последний номер, который мне давала, недоступен. И второй, и третий... Какая жалость…, - напускная деликатность на миг ушла, и мужчина стал серьёзнее. Он осмотрел здание перед собой и вскинул рукой, чётко отдавая приказ ладонью. – Найдите их. Они не могли убежать далеко. Альберт, - знакомый Самайн развернулся в сторону автомобиля и довольно улыбнулся. - Мы их нашли.

Отредактировано Борон Боне (27-11-2018 16:11:54)

+2

18

Поздравляю

Всё, что остаётся - преданно следовать за Бороном. Кимсан закрыл брата от вампира, не наоборот, и сам поднял оружие на девушку, представившуюся такой громкой фамилией. Однако она же, вопреки предрассудкам, вдруг спустила с уст соблазнительно искренние слова и поспешила покинуть квартиру. Какого такого чёрта? Борон вёл за собой, прижимал за грудь и спешил избавиться от шанса попасть на мушку. Вместе с близнецом старший Боне запасся свинцом и серебром, проследовал в подъезд с оружием наготове и столкнулся с тем, кого звал. Даниэль отличался тем ещё строптивым характером, но с братьями в своё время прекрасно нашёл общий язык. Как они спасали оборотня от нападок бесполезных людишек, так и он видел своим долгом прийти на помощь. Борон прав в том, чего не сказал вслух. Даниэля нельзя отдавать в расход. Не в этот чёртов раз.
- Прости, что потревожили, Дэн, - даже в общем сумбуре Боне не постеснялся лукаво ухмыльнуться. Ему-то, ох, совсем не впервой. Тридцать секунд выделил младший брат старшему на сборы, и последний вернулся ровно в назначенный момент. Сан не думал над тем, что же ему так дорого по жизни, а накидал в поясную сумку документы, страховки, кредитные карты и зарядные устройства для мобильных. Когда Боне вернулся, его близнец жертвовал собственной кровью. Вспыхнул огонь, и совсем скоро мужчины исчезли, ведомые сплошной пустотой.
Место, где мы будем в безопасности...
Место, где будем в безопасности.
Ответ слишком очевиден, чтобы оказаться правдой, но Кимсан вытянул руку, мягко схватил брата за ладонь и принялся шагать по вязкой смоле.

Загородный дом. Не просто так однажды братья купили его на достаточном от Бордо расстоянии и в таких дебрях, о которых не знал никто, кроме их самих. Там получится скрыться на первое время, связаться с проинформированными товарищами и залечь на дно. В голове не укладывалось. Почему девчонка сотворила то, что сотворила, и какой чёрт ей руководил? Адреналин плескался в крови, но Кимсан не испытывал испуга ни на мгновение. Лишь крепче сжимал ладонь брата и вёл того сквозь мрак, казалось, беспробудный. Пока тёмно-сизый проблеск не превратился в рассветное небо над пригородом. Мобильный Боне отключил, и теперь с любопытством лицезрел разорвавшийся мрак. Как только реальность вернулась на круги своя, мужчина придержал израненного брата и бегло осмотрелся. Двухэтажный домишко хвастался простотой, но уютом, и прятался в зарослях. Удобное расположение открывало путь и к ближайшей реке, и к графским развалинам, создавая ощущение настоящей оторванности от цивилизации. Это оно. Сырой воздух, пропахший растительностью, свободой, и никакой слежки.
- Мы снова впереди всех, - с заговорщическим оскалом на лице Кимсан подошёл к близнецу сзади и нагло укусил его прямо за мочку уха. Потянул на себя, оставил влажный след кончиком языка и вдохнул полной грудью. Раньше подобные события ломали. Сейчас лишь подстёгивали и раззадоривали. - Пошли. Пока что отблагодарю перевязанным плечом. Кое-чем получше тогда, когда со всем разберёмся.
Лукавая ухмылочка и играющие глаза стали последним, что заметил Борон, перед тем как брат приобнял его сзади и поспешил найти ключи от дома в кармане кожаной куртки.

Майер, тем временем, стал не единственный сюрпризом, который увидела Самайн своими прелестными голубыми глазами. Человек, хорошо разглядываемый ей на обложках бизнес-журналов, вдруг покинул роскошный автомобиль и встал рядом с обладателем клыков. Самое время внутренне загореться - близнецы точно зашипели бы сквозь зубы, - и не поверить собственному рассудку. Альберт Боне? Как он может быть связан с чёртовыми Майерами, которые отобрали у него дочь и обратили её? Или враждующие семьи предпочли ненадолго объединиться, чтобы выследить таких «непутёвых» детишек, надавить?
- До чего приятно видеть знакомое лицо спустя годы разлуки... - он фальшивил и не скрывал. Развёл руками, с ног до головы обвёл Самайн высокомерным взглядом и моментально переключил внимание на Майера. - Ваша тявка нашлась, поздравляю. А теперь мне нужны мои сыновья. Даже здесь умудрились... - Альберт зашипел сквозь зубы и последнее слово прошептал особенно тихо. - Смыться.
Ещё одна мысль волей-неволей да забредёт в голову вампирши. Эти психи что, изначально планировали кого-то убить? Они точно целились в сердце Кимсана. Очаровательный папочка. Врагу не пожелаешь.
- Что ты смотришь на меня так мило, котёнок? - сколько же яда Альберт вложил в ласковое словечко. - Теперь ты - мой инструмент в их поиске. Сдружилась с братиками? Если сейчас их не найдём, возьмёшь всё в свои руки.
Последняя реплика вновь оказалась обращена далеко не к Самайн. Боне кивнул Майеру.
- Моя часть сделки выполнена. Как только найду их, Самайн ваша.

Отредактировано Кимсан Боне (27-11-2018 18:20:15)

+2

19

Виктор, сука, Майер. Ариец до мозга костей, не менее щепетильно следящий за своей внешностью, чем сама девушка. Да, она определенно не ошиблась в предположениях о том, кто именно стоит за всем этим. Противореча всем законам жанра, Самайн Боне оставалась спокойной недвижимой холодной статуей в руках вампиров. Её заставили немного нагнуться вперед, дабы удерживать за заломанные за спиной руки. Дергаться или сопротивляться она была не намерена..до поры до времени. Очень надо - просто так портить прическу и мять одежду. Светлые брови девушки были нахмурены: она была крайне сосредоточена и невероятно озлоблена, но вместо всепоглощающего жара пламени в ней бушевал колкий холод пополам с тьмой. Луна. Убирать с лица упавшие белые пряди никто не собирался, так что на немца пришлось взирать сквозь белесую пелену.
-Телефон украли, - равнодушно солгала она, даже не пытаясь выдать это за правду. -Зашел бы в гости, ты прекрасно знаешь где я работаю. Или считаешь мой цирк недостойным для своего появления? А зря, мы бы красную дорожку посте...умпф, - не стесняясь в применении силы Виктор выдал своей хлесткую пощечину, после которой она медленно подняла голову, вновь уставляясь на него своими голубыми очами, и продолжила, договаривая фразу: -лили.
Самайн прекрасно знала, что они ее не убьют. Кому выгодно терять пса на коротком поводке, пусть и бешеного? Несколько человек повинуясь приказу Виктора отправились наверх, дабы обыскать квартиру, но довольно скоро вернулись, констатируя досадный факт - пусто. Неизвестно как и куда, но братья исчезли, будто бы испарившись. Один из мужчин принес с собой сумку Самайн, ювелирный каталог, смартфон Борона и два фиала, на дне которых плескались алые капли.
Тем временем из машины появилась еще одна мужская фигура, чьему имени поначалу Сэм не придала значения. До нее дошло только сейчас, когда она увидела это лицо, в котором можно было разглядеть черты обоих братьев и...свои собственные. Если до этого момента вампирша четко анализировала ситуацию, выстраивая в голове лабиринт из возможных вариантов разрешения ситуации, складывая кусочки паззла по обрывкам диалога, то сейчас это все рухнуло как карточный домик, когда ее большие глаза расширились при виде отца. Это был первый раз за все это время, когда Самайн дернулась в руках удерживающих ее вампиров, и им стоило немалых усилий, чтобы ее сдержать. Тонкий острый кол уставился ей точно под челюсть, на этот раз ощутимо надавливая и заставляя приподнять голову. Одно неверное движение - и насадится на него сама. Какие бы усилия девушка не прикладывала, сдержать эмоций не смогла. Глаза ее полыхали лютой ненавистью и готовностью вцепиться в горло Альберта и выдавить его глаза собственными руками.
-Пошел нахуй, папочка, - ответила она любезностью на любезность, стараясь, чтобы голос не слился к змеиному шипению. Но как, черт побери? С Майерами? Зачем? Они же сами в свое время втоптали его имя в грязь, и практически убили его бизнес, да к тому же он так и не вернул ни копейки из предоставленных ими денег! Самайн в свое время за это ох как настрадалась, а теперь оказывается, что все впустую?! О, да, просто прекрасно! Этот дивный мир замечательных мужчин вокруг нее, и все за один вечер!
И вновь ее грубость была вознаграждена щедрой пощечиной. На сей раз теплой рукой, не холодной. Было непонятно, мстил ли он за оскорбление или срывал на блондинке злобу и досаду, вызванные тем, что сыновья в очередной раз утекли словно песок сквозь пальцы, прямо из-под носа. Затем пальцы Альберта неприятно сжали ее подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза и окатывая очередной порцией яда.
-Повтори сам себе мою предыдущую фразу моим же голосом, не хочу больше осквернять свою речь подобными словами. Многовато чести, - контракт на сотрудничество, небрежно сунутый под нос Самайн оказался разорван, будучи даже непрочтенным. Она уже поняла, с какой целью Альберт ищет своих сыновей. И что за сделку заключил с Виктором. Найти Сэм было несложно - не больно-то она и пряталась. А вот найти Борона и Кимсана - это задачка потруднее и девушка не станет проводящим звеном в этом. Нет. Здесь их интересы расходятся, если отцу нужны были трупы сыновей, то сестра предпочитала живых братьев. Пусть и отношения между ними начались с пальбы.
-Твоя шавочка на меня тявкает, Виктор. Она отбилась от рук и отказывается выполнять команду "аппорт", - железная хватка пальцев Альберта не ослабла ни на секунду. Не будь Самайн столь благовоспитана - давно бы уже плюнула ему в лицо. Желательно кислотой.
-Не страшно, - отмахнулся вампир. -Выдрессируем заново, на сей раз экспресс-методами. Поехали, - еще один приказывающий жест и Самайн грубо разместили на заднем сиденье автомобиля, передав в руки отца, расположившегося за водительским сиденьем. Виктор устроился спереди. -Советую не дергаться, куколка моя, - очередной приторно-ласковый яд из уст старшего Боне и дуло пистолета, прижатое к виску. Выстрел в упор может и не убьет вампира, но приятного будет мало. К тому же, раны залечиваются, но вот воспоминания - нет.

Самайн предстоял нелегкий выбор стратегии. Либо строить из себя неприступную скалу, либо делать вид, что помогает, и запутывать следы. Второй вариант был, конечно, соблазнителен, но даже ее эта парочка быстро раскусит. К тому же, это означало снова сесть на короткий поводок. Гордость не позволит, нет уж! Оставалось войти в противодействие. Это будет больно - Сэм четко это осознавала. Насколько ее хватит неизвестно, но это давало возможность не только испытать свои возможности и стать сильнее, но и использовать момент, чтобы поссорить эту парочку, поскольку вряд ли их союз можно было назвать прочным. Отчаяние и ужас подступали к ней, готовясь напасть. В конце концов, она всего лишь женщина. К тому же, вампир, что означало тучу уязвимостей. Одиночество сейчас играло ей отнюдь не на руку, и лишь наличие двух ничтожеств рядом удерживало ее от проявления слабости. Она могла бы сказать, что они не услышат ее криков, но это было бы пустым бахвальством. Услышат. Но вот сломить ее морально у них не выйдет.
-Кстати, Сэмми, с каких пор ты перестала пускать меня в свою голову? Я расстроен... Но ничего, это мы тоже исправим, - голос Виктора прорезал вязкую тишину салона дорогого авто, лавирующего по улицам Бордо в сторону окраин. Самайн понятия не имела куда ее везут, сейчас было важно не это. Вопрос Майера ее буквально осенил. Девушка прикрыла глаза, напрягаясь и выискивая в общем потоке сознание Кимсана, устремляясь к нему, устанавливая связь, сплетая ее из нитей мыслей. Где бы он ни был, его образ, как и образ его брата, она не забудет. К тому же, чертовы узы крови, как выяснилось. Теперь уже у нее не оставалось сомнений в том, что она их младшая сестра.
Советую забраться в самый глубокий бункер из существующих и стереть меня из памяти. Здесь Альберт. Я выиграю столько времени, сколько смогу.

Отредактировано Самайн Боне (27-11-2018 20:13:01)

+1

20

После подобного перемещения в голове всегда почти ничего не оставалось. Вместо великого поля для планов, стратегий и тактик появлялась выжженная пустыня. Но то и не мудрено: обращаясь к самым тёмным способностям, позволенным смертным, будь мил положить на чашу весов львиную долю собственных сил. Ничего нельзя получить, не отдав что-либо взамен. Когда старый добрый дом принял братьев Боне уютом бункера, о котором не знает никто в мире, Борон с довольной улыбкой подмигнул Кимсану на его пошлый намёк. В гостиной, которую братья часто использовали для своих длительных посиделок, прямо у окна стоял некрупный столик. На нём – ваза, куда старший любил ставить определённые цветы в определённые дни. Эта традиция появилась со времён гибели его хорошего друга. Не жалкая и безумная тоска, а скорее дань уважения. Ко всему прочему, даже Борону нравились эти цветы. Опёршись ладонями на стол и чуть не сбросив пустую вазу, Боне тяжело выдохнул и сглотнул подошедший к горлу ком. При всём уважении к магии тьмы – как же надоело каждый раз хотеть выплюнуть свой завтрак…
- Сан, - подозрительно настороженным голосом произнёс некромант и вгляделся в тёмные заросли, окружавшие убежище, словно стены – замок. – Ты это понимаешь? У нас есть сестра. Чёртова сестра.
- Звучит как странный сон, - приложив ладонь к подбородку, сиам обеспокоенно посмотрел на колдуна. Но волнение почти не имело смысла: Кимсан знал, что через некоторое время Борон придёт в себя. Как вдруг глаза старшего брата наполнились едва заметной белесой пеленой, и он даже зажмурился, словно смотрел на яркое полуденное солнце. Когда наваждение прошло, старший Боне болезненно прохрипел. Он делал так, когда ему что-то очень не нравилось. Теперь он с меньшим энтузиазмом смотрел в сторону единственной тропы, которая могла бы вместить машину. – За всем этим стоит Альберт. Это он устроил.
- С чего ты взял? – хоть это и казалось правдой, верить в это безумно не хотелось. – У нас нет никак…
- Я слышал только что голос Самайн у себя в голове. Она смогла… пробиться сквозь твою магию.

Отношения самой младшей из Боне и её отца никогда нельзя было назвать положительными. Сложно по-настоящему любить родителя, который отнёсся к тебе к товару единожды и впоследствии никогда не учитывал твои желания, словно ты не личность, а раб. Но эта тоталитарная натура – есть сущность Альберта.  Можно сказать, что именно она являлась причиной абсолютно всей тьмы, что сгущалась над родом Боне.
- Разрывать контракт, даже не прочтя его – вершина бездумности. Я не удивлён, что она развилась в тебе. Обилие свободы развращает и делает из… даже самых лучших глупое посмешище, - совсем не скупясь на приятные слова, Альберт спокойно вёл автомобиль по улицам города. Мир для него всегда был чем-то из разряда шахматной партии, где он всегда старался просчитать не только свои ходы, но и врага. – Однако я смогу спустить всё на аффект, на злость, на… что угодно, что застилает разум в такие моменты.
- Ты уверен, Альберт? Мои люди спокойно найдут твоих сыновей. Можно не прибегать к этому.
- Да, я уверен, - холодно процедил самый старший Боне и резко повернул на улицу, ведущую из города. – Я знаю своих сыновей. Они любят прятаться там, где их никто не найдёт, даже плюнув на комфорт и блага цивилизации. Им проще было пойти в егеря… Но шерстить каждый район местных лесов – слишком расточительно. Я предлагаю ультиматум. Выбора у тебя всё равно нет. Ты помогаешь нам с помощью своих прекрасных ментальных способностей найти моих сыновей – взамен с твоим цирком «внезапно» ничего не происходит – он остаётся стоять живой, твоя репутация фотомодели не омрачается десятком сексуальных и иных скандалов, а всякие «волчата» и другие… «животные», которых ты так ценишь, не пострадают.

- То есть ты хочешь мне сказать, что она тебя сейчас предупредила? – какой толк Самайн сейчас защищать братьев Боне, учитывая, что её жизнь сама сейчас под угрозой… Борон мог скорее допустить, что их новоиспечённая сестра плюнет на любые связи и встанет на сторону Альберта сразу. Хотя… Кто знает, вдруг это всё – всего лишь очередной невероятный план их поганого отца, чтобы выманить сиамов на свет, где их легко перестрелять из крупнокалиберной винтовки. Семья Боне – лучшая из всех. – Нам, и правда, нужно залечь на дно. Нам нужно заставить Альберта думать, что нас больше нет ни в городе, ни в округе. А Самайн… Она – вампир. Она чуть-чуть живучее, чем мы, поэтому я могу позволить нам спрятаться за неё в этом случае, - ожидать от некроманта благородности нет смысла, особенно когда под угрозой шкура старшего брата. Тихо развернувшись, Борон подошёл к Кимсану ближе и начал расстёгивать его верхнюю одежду, чтобы оставить на торсе лишь светлую рубашку. Потом, заглянув в глаза брата, мужчина тепло улыбнулся и прошёлся пальцем по подбородку, вытирая грязный след. Глазами Боне зацепился за бутылку коньяка, стоящую на тумбе в стороне. Открытая. -  Но это не значит, что я не хочу правды. Если Самайн – наша настоящая сестра, оставлять её Альберту – это всё равно, что проиграть. Не столь войну, сколь битву. И… Нальёшь нам? Там, кажется, стоит открытая.

+1

21

Save Me

Любила же судьба подбрасывать близнецам Боне мерзкие сюрпризы. В случае с Самайн, правда, мерзким являлся только Альберт, но его концентрата хватало с лихвой. Голова разболелась, когда сестрица пробила брешь в сознании, а глаза мгновенно заслезились. Чёрт. Не хватало теперь, когда жизнь только-только наладилась, мстительного папочки. Зря близнецы не уничтожили его тогда, когда крепко встали на ноги.
- Мы не можем ничего не делать, - категоричности Боне хватало. Он с радостью прямо сейчас расслабился бы и разделил с братом пару-тройку бутылок коньяка, но отец всегда оставался самым болезненным местом обоих братьев. Осознавать, что он рядом, охотится, держит в заложниках сестру и может в любой момент лишить всего имеющегося - тяжкая перспектива. Телефоны выключены. Ментальная связь с Самайн оборвана в целях безопасности. Другого контакта с миром нет. - Самайн могла солгать, но она звучала обеспокоенно, а уж в распознании интонаций твой муж далеко не дилетант.
Забинтованные пальцы прикоснулись к ткани одежды. Сан медленно выдохнул, постепенно успокаиваясь, и опустил наливающиеся свинцом веки. Борон прав. Нет смысла слоняться из стороны в сторону и паниковать, когда от вас целиком и полностью ничего не зависит. Первая, кто забеспокоится о пропаже Боне - Кэтрин. Они уехали из клуба с Самайн и не вернулись. Она не сломается, даже выйди на её Альберт - в этой девушке так же текла кровь дитя ночи, и ей Сан доверял, как себе. Даниэль не пальцем делан и тоже обязательно начнёт волноваться.

- Мы не должны оказаться в изоляции и совсем одни, - отмёл идею просто спрятаться Кимсан. - Если кто-то из нашего окружения сломается, мы не защитимся в одиночку. Но у нас есть твои силы, супруг, - поддавшись на телесную провокацию, Боне задиристо, но тепло поцеловал брата в губы и потянулся за коньяком. Согревающий напиток оказался разлит по рюмкам, когда глаза Сана остановились на ранении сиама. - Я схожу за лекарствами. Погоди.

Заброшенная церковь выглядела зловеще. Изолированная дикой местностью от города, вдали от его черты, она навевала лишь желание лишний раз не лезть внутрь. Именно там не повезло оказаться младшей Боне, когда Альберт, Виктор и его люди преспокойно покинули автомобили. Уже спустя несколько минут девушка лишилась всех возможных артефактов и аксессуаров, окружённая освящёнными вещами, тихо опустившаяся на замогильно холодный пол. Самайн могла ждать любого подвоха - святой воды или пламени, способного разрастись и гореть не только в масляных лампах, что на стенах. Когда Альберт согнулся над юной кровопийцей, он задал один-единственный вопрос.
- Ты подумала?
И не услышал в ответ ничего, кроме короткого отрицания и смешка. Ухмылкой ответив на ухмылку, глава семьи взглянул на Виктора.
- Это сколько же она училась быть строптивой? - одержав лёгкую паузу, Альберт тихо изрёк: - Похожа на них.
Боне не знал, насколько Виктор склонен к насилию, но сам с некоторых пор предпочитал уничтожать скупыми словами.
- Только они друг другу нужны, а ты, защитница, так и останешься одна. Или Самайн - девочка в меру гордая, купится не на шантаж, так на блестящие тряпки?
На этот раз обращение посвящено Виктору. Если не помогут ни шантаж, ни насилие, всегда поможет выгодное предложение. То, от которого не откажешься даже в пылу боя. Люди Майера окружили Самайн, но держали дистанцию, а её заклятые враги, стоя рядом, продолжали перешёптываться. Ситуация, которой не пожелаешь и тому, кого ненавидишь всей душой.

Плечо брата больше не кровоточило. Рана оказалась обработана и перевязана - не раз Боне сталкивались с подобным и давно научились принимать все необходимые меры. Рюмка звякнула о рюмку, и Кимсан, прислонившийся спиной к краю стола, опустошил свою. Он несколько секунд молча смотрел на брата, бесконечно благодаря за него мир.
- Я тут подумал. Сколько раз мы уже могли быть с тобой разлучены или мертвы, если бы не миарский си... - и на этом моменте осознание ударило по голове старшего Боне. Миарский синдром. Доступный братьям, в чьих жилах текла одна кровь. Он придавал сил, защищал, позволял общаться, будучи огороженными от чужого вмешательства, чёрной магии, светлой, любой. - Борон...
Бешеный взгляд устремился на брата.
- Самайн - не наш близнец, но...
Они никогда не смогут так же крепко связаться с ней кровью, как друг с другом, однако это вовсе не значит...
- Нам не нужна банальная ментальщина, чтобы чувствовать её. Кровь Боне. Она течёт в её жилах. Самайн - не отец. Не мать.
Глаза Кимсана давно не зажигались с такой же силой.
- Сестра.

+1

22

-Не отвечай сразу, я дам тебе время подумать, ma cherie, - с приторной ядовитой нежностью проговорил Альберт, мерзко улыбаясь и поддевая дулом пистолета подбородок Сэм, ощутимо неприятно надавливая. Это был отличный шанс для вампирши придти в себя после таких резких затрат сил, дабы прорваться сквозь расстояние и чужую магию к сознанию брата. Глаза застилало белесой пеленой, в уши словно напихали ваты, но за голос и интонации "любимого" папочки она цеплялась, как за спасательный круг, не давая себе отключиться.
Вдох.
Выдох.
Навесив на лицо маску ненависти и презрения, Самайн нарочито медленно моргала, возвращая свое сознание из вакуума, в который она уплывала, в реальный мир. Отключиться себе она просто не могла позволить. Не при этих двоих. Соберись, сучка, - лихо подстегнул ее внутренний голос. Требовательность Боне к окружающим во многом оправдывалась требовательностью ее к самой себе. Нельзя требовать чего-то от других, будучи самой по себе пустышкой, не представляющей из себя ничего достойного. Вернее, какое-то время можно, пуская в глаза шик и блеск, как гласит известная песня мюзикла Чикаго, но такой фокус прокатывает лишь единожды, и лишь при умелом исполнении. Сколько подражательниц она повидала... И ни одна из них не приблизилась к заслугам Самайн даже на йоту.
Он совсем идиот? Цирк? Да, расскажи об этом Виктору.... Тронь ты цирк пальцем, и этот ублюдошный фриц останется без одного из своих самых крупных предприятий по отмыванию денег. Репутация? Меня не настолько заботит, что думают обо мне другие, да и в конце концов, сменить имя и место жительство не представляет сложностей, к тому же я могу быть весьма и весьма убедительна... Грозишь мне Мэдом? Ты точно конченый! Этого ублюдка я не видела уже почти год, и даже такой потрясающий любовник и собеседник не стоит жизни моих братьев.
Увы, Самайн не была в состоянии уловить, по каким дорогам ее везли, поэтому не имела ни малейшего представления о том, где находится. Какая-то брошенная католическая церковь. Дерьмово...
Младшая Боне закусила губу, славя всех известных темных богов за то, что ее сердце давно не бьется - нет возможности почувствовать ее страх. Инстинктивный, животный, как у жертвы, что видит хищную змею, которая готовится вот-вот напасть. Ее вытащили из машины и весьма грубовато "выпотрошили", проверив всё вплоть до белья, сняв любые украшения и аксессуары. С потерей кулона она еще как-то могла смириться, но вот отсутствие кольца стало настоящим ударом. В прямом смысле.
Как только изящное колечко покинуло ее палец, блондинка, кажется, прокусила себе губу, пытаясь сдержать крик боли от выжигающего ее изнутри серебряного предмета, опускаясь на запыленный деревянный пол на одно колено, держась за бок. Потом она не выдержала, и оглашая церковь раскатистыми воплями, изогнулась на полу в неестественной позе, желая только одного - буквально голыми руками разодрать на себе кожу и вырвать из оголенного мяса чертову серебряную пулю. Самым обидным было то, что Виктору и Альберту даже не пришлось прикладывать никаких усилий. Судя по выражению их лиц, крики их "дитя" были для обоих музыкой.
-Хооо, моя куколка умеет не только гавкать, прелестно! Прелестно! - Альберт даже наградил происходящее несколькими короткими аплодисментами, а вот Виктор Майер оставался задумчив и казался раздосадованным. -Это не то, на что я рассчитывал... - как раз ему мучения Самайн, казалось, не приносили ни удовольствия, ни отвращения. Он был идеальным палачом, известным во многих преступных кругах своим умением вынимать нужную ему нить информации. Он не гнушался насилия - ни морального, ни физического, но предпочитал упиваться страданиями своих жертв. К тому же, у него в приоритете стояло лишь возвращение преданности Самайн. Пока он внимательным цепким взглядом наблюдал за ней, к извивающейся девушке подошел Альберт, бесцеремонно хватая ту за шею и приподнимая поближе к себе, чтобы спросить о ее согласии.
Крики боли на пару мгновений трансформировались в нотки истерического смеха, а затем вампирша выдавила хриплое утробное "Нет", даже не трудясь объяснять свой отказ. Отец Боне презрительно фыркнул, и отшвырнул от себя дочь: -Нужно было убить тебя еще в утробе, ничтожная тварь... - прошипел мужчина, поворачиваясь к Виктору: -Она целиком твоя. Сделай так, чтобы она пошла по следу.

Вампирша мечтала лишь об одном - чтобы боль прекратилась. Она чувствовала реальную угрозу своей жизни впервые за последние годы, да еще и в столь отвратной компании. Борон, сука, я тебе это припомню, блять... - пронеслось у нее в голове, и ей показалось, будто бы образ брата был совсем близко. Почти осязаем, как если бы колдун был невидимым. Мгновение-другое, и образов стало два. В статном и изящном силуэте безошибочно угадывался Кимсан. У Самайн не было времени на вопросы "Как?" и "Что?" В ушах бил словно далекий звон колоколов - бомм, бомм, но сосредоточившись, Сэм поняла, что это не просто звук - это голос, произносящий одно и то же слово: их фамилию. Все доносилось словно из параллельного мира, пытаясь прорваться сквозь стену, ловя тонкую настройку... Сэм оставалось лишь открыть канал на полную и ждать, что это сработает. И сработало. Не зря говорят, что семья - это единая сила, текущая в крови сразу нескольких существ. Девушка почувствовала поддержку. Силу, что застыла вместе с ее жизнью, в ее холодной крови, общую силу, но чтобы ею воспользоваться, было необходимо избавиться от боли. Перенаправить, слить, избавиться хотя бы частично. Она не будет за это извиняться, они должны понять.

Виктор шагнул к распростертому на полу телу Самайн, что едва подергивалось, словно в конвульсиях, и чьи огромные глаза были широко раскрыты, иедленно сменяя свой цвет на турмалиновый с черными разводами по нему, и лишь у края радужки все еще оставаясь нежно-голубого цвета. Словно в кристально-чистую воду капали чернилами. -Пожалуй, стоит для начала посадить ее на цепь. Подержать в одной из моих клеток, кормя раз в пару недель... Но только после того, как я сниму с нее этот чертов ментальный блок. Он подошел ближе, брезгливо приподнимая ее руку носком своего начищенного ботинка. -Бинго, - взор вампира наткнулся на татуировку, красовавшуюся на коже Сэм. -Детка, если потребуется, я вырежу эту безвкусицу серебряным ножом, а если не поможет - отсеку тебе руку, - в отличие от Альберта он не был ласков или импульсивен, Майер оставался непроницаемо спокойным, составляя в голове план действий, пока его подопечная училась жить с болью, словно от каленого железа, что никогда не может остыть, и его кусочек зашили в теле, обрекая виновника на вечные муки. Губы девушки были искусаны, зубы крепко сжаты - она перестала кричать, и похоже, оба компаньона приняли это за факт того, что она устала.
-Мы вернем тебе побрякушку, как только ты согласишься. Неужели эти два ничтожества стоят всего этого? Рано или поздно, и эта игра мне надоест. Скажи, ты готова умереть за них? - вкрадчиво спросил Альберт. -Впрочем, не рассчитывай на это в ближайшие, минимум, сотню лет...
Трясущаяся рука Самайн поднялась в немом, но весьма красноречивом жесте - показанный средний палец явственно намекал, куда следует пойти и отцу, и отчиму. Вернув себе способность хоть сколь-нибудь трезво мыслить, Боне оценивала свои шансы и обстановку. Права на ошибку у нее нет, второго шанса ей не дадут. Но пусть сейчас они верят в ее полную немощность. Крики вновь наполнили звонким эхом хиленькую брошенную церковь.

0

23

- Посмотри на Виктора.
Жгучим пламенем окатили разум Борона, когда он почти открыл губы, чтобы ответить своему брату. Настоящим смерчем боли, неблагодарности, ненависти и истинного гнева охватило мужчину настолько, что он резко выгнулся, поднял глаза вверх и закатил их. Пальцы непроизвольно сжались, а немой вопрос во взгляде родного супруга остался без ответа. Каждая клетка тела налилась дрожью, а в вены не просто капнули раскалённого металла. О нет, целый чан кислоты ударил по ожогам, и все демоны некроманта завопили со всех сторон. Пришлось опереться о Кимсана, чтобы не упасть: надо признаться, что с тех пор, как сиамы начали жить спокойной жизнью, еще никто и никогда так… не наглел. Слово «сестра» не просто так отдалось сейчас от стенок разума мужчины эхом. Сказанное сиамом, оно несколько раз вспыхнуло перед глазами. Пока что Боне не испытывал к Самайн никаких особенных эмоций, за исключением удивления, что она вообще существует. Но ненависть к отцу, нетерпение к каждому прихвостню под его крылом и цена сиамской связи – все эти факторы сыграли свою роль. Сколько уже месяцев братья сидели ровно на одном месте, не прибегая ни к чему, что будоражило бы кровь? Рутина приедается… А здесь такой потрясающий способ разгорячиться и даже познакомиться с кем-то, кто по праву рождения связан с тобой больше, чем миллиарды других уёбков в этом мире. Самайн схватилась за своих новоявленных братьев и слила всю свою боль в общий разум, которым обладали отпрыски Боне, точно в унитаз… Приятно, сестрёнка, очень вкусно. Но, по крайней мере, ей можно отдать должное. Она не упустила возможность и, что интереснее, нашла её. Однако каждый успокаивает себя по-разному. Сорвавшись с места, Борон резко вцепился руками в грудки Кимсана, прижался к нему в глубоком и страстном поцелуе – всё начиналось обычно с такого. Пройдясь по губам мужчины языком и оставив на них свой влажный след, некромант задиристо клацнул челюстью рядом с ним и произнёс:
- Давай вместе разберёмся с раной. А потом у меня есть одна идея, как найти нашу… сестричку.

На наручных часах около часа ночи. За всё время нахождения в заброшенной католической церкви группы людей звонкие крики Самайн не прекращались. Альберт Боне брезговал садиться в новом костюме на пыльную скамью, поэтому он опустился на корточки поодаль от своей «дочери» и Виктора. Последние годы стали ужасным разочарованием в жизни мужчины. Он всегда был удачным криминальным авторитетом, бизнесменом, который никогда не делал плохие инвестиции, знал, как лучше контролировать всё, что видел. Но теми, кто нарушил последнюю заповедь, стали его родные сыновья. Бросившие его однажды, отпрыски нашли способ однажды относительно законным образом забрать у него добрую часть капитала. Он впоследствии и оказался вложен в сеть французских клубов «Talking to the moon», но этого Боне не знал. Альберт, бывший некогда сдержанным и по-лисьи хитрым, однажды сорвался и перестал уметь держать эмоции в руках. Единственным способом спасти себя стал союз с родом Майеров. Хоть долгое время они считались злейшими врагами, когда находится должная причина, даже они могут стать не друзьями, но партнёрами. И спустя два часа самый старший Боне устал. Он вытащил из внутреннего кармана крупный пистолет, заряженный серебряными пулями – да, было бы глупо идти в осиное гнездо без огня.
- Виктор, - неожиданно голос импульсивного человека стал спокойнее. Сердце Самайн билось далеко не в такт шагам её отца, медленным, аккуратным, словно вымораживающим. – Отойди, пожалуйста.

Чистокровный ариец тяжело выдохнул и сделал шаг назад. Вдруг в его кармане завибрировал смартфон. А Альберт сел на корточки рядом со своей дочерью и приподнял её подбородок стволом пистолета. Его голос тихий... Никто не слышит его, кроме самого мужчины и девушки.
- Некоторые люди говорят, что безумцы, падающие до инфернализма, до продажи собственной души разного рода тварям, в которых не верит большая часть людей… - всего лишь миф, - глаза японца вдруг зажглись странным блеском. – И многие верят, что магии не существует. Но я решил проверить это. Когда нечего терять, ставки повышаются, - мужчина вытянул ладонь в сторону. В идеально выжданный момент, когда абсолютно все люди Виктора отвернулись, отвлеклись или еще что, отец рода Боне заставил свою руку всполыхнуть ярко-зелёным пламенем. Оно ярче, сильнее, злее и страшнее даже обычного. Вампиры ненавидят огонь, существующий по человеческим правилам. Но как они отнесутся к тому, что приходит из самого ада? – Я не пугаю тебя, - пламя померкло. – А показываю наши возможности. Я хочу сказать тебе, что мы с тобой… можем договориться. Я знаю тебя слабо, но твой голос и натура говорят мне, что ты хочешь свободы и… мести. Ты хочешь дождаться, когда мы все отвернёмся, чтобы сначала сожрать меня, потом потенциально Виктора и всех его людей… Но нужно ли это тебе? Лишняя кровь, лишние жертвы… Но я могу пойти на это. Я знаю Борона и Кимсана. Они не упустят возможности напасть на меня. Посмотри на Виктора, - Альберт закрыл глаза и улыбнулся, тихо скалясь. – Три… два… один…
- Как это?! Как их лачуга пуста?! Это единственное место в мире, где они могли бы спрятаться. Вот ж чёрт. Слушай меня вним…
- К сожалению, мне пришлось поставить фигуру на шахматной доске в эту церковь, поэтому я не знаю, что хотят сделать мои сыновья. Но это не значит, что я не жду такого хода. Наоборот… Я очень и очень надеюсь. Да, ты можешь согласиться работать со мной, а потом обмануть, предать, засунуть кинжал под рёбра… Это логично с твоей стороны. Но зачем, если ты можешь получить больше? Я… провёл с тобой мало времени. И ты знаешь меня плохо. Но так уж вышло, что я единственный из Боне, кто держит своё слово. По крайней мере, - пронзительный взгляд Альберта направлен чуть ли не в холодную душу Самайн, - никто больше не давал мне повода считать обратное. Я даю своё слово. Согласишься – получишь больше, чем потеряешь.
Внезапно раздался звук, который прошёлся серпом по душе каждого, кто находился в заброшенном здании. Одинокий протяжный вой где-то в километре от парадного входа. Он бы напомнил волчий, если бы не одно но… Вампиры – существа городские. Просеки, леса и любая пересечённая местность – ареал других существ, которых так ненавидят и боятся дети ночи. Луна не полная, но очень и очень яркая… Вдруг раздался бешеный и страшный рёв. Что-то начало происходить около входа в церковь.

- Я же говорил. Оборотень в лесу – это охуенная идея.
- Нам придётся помочь ему прийти в себя после этого.
- На них всё заживает, как на собак… А, погоди.

- Это было предсказуемо.

+1

24

Мы должны помочь ей.

За несколько часов может случиться неисчислимое количество любопытных вещей. Весь мир способен перевернуться за минуту, и нет ничего невозможного в том, чтобы за целую половину ночи вызволить так называемую сестру из лап мерзких тварей. Не своими руками, чужими, и ничуть не сомневаясь в успехе. К несчастью, с Боне сыграла злую шутку их излишняя самоуверенность. Благо, к одной жертве они приготовились сходу. Как только братья позволили себе включить телефоны и связаться с Даниэлем и Кэтрин, Майеры моментально пали на их след. Вампиры пользуются не только чутьём, но и другими умениями - местоположение близнецов оказалось быстро вычислено. Пришлось наспех собирать с собой всё необходимое ещё до того, как Майеры оказались бы близко.
- Многого же стоит помощь сестрёнке, - хрипел Кимсан, пока Борон концентрировался на заклинании, которое перенесло бы их в убежище, охраняемое куда сильнее неизвестного домика в лесу. - Всего лишь позвонить решил, а уже на сто процентов уверен в том, что тебя скоро найдут и сожрут.
- Нас? Сожрут? - последние руны оказались почти начерчены в воздухе, а Борон широко оскалился. Он посмотрел на Кимсана по-обыкновенному самоуверенным взглядом, так и говорившим: «Нет никого лучше нас». - Кусок откусят и сдохнут, в глотку не влезет.

Пока близнецы вновь, обессиленные, но не сломленные, брели по тёмной пучине вдали от реального мира, Альберт сжимал пальцами челюсть Самайн и смотрел прямо в её голубые глаза. В глубине души мужчина давно чувствовал себя сломленным, но кровь древнего рода, тёкшая в жилах, не позволяла опускать руки. Как и любой обиженный собственными сыновьями человек, он желал одного - подать холодную месть на блюдечке с голубой каёмочкой и вернуть себе причитающееся. Да, Альберт ошибся в методах воспитания Кимсана и Борона. Он ошибся и тогда, когда продал родную дочь семье, которую в глубине души ни капли не уважал. Непростительные ошибки, за которые мужчина, возможно, давно раскаялся. Однако что теперь? Нет смысла жалеть заболевшую бешенством собаку, извиняться перед ней, пытаться вернуть себе. Всё равно укусит. И Сан, и Борон, и Самайн, все они теперь - собаки, которые никогда не простят, сколько бы времени ни прошло и слов ни было сказано.
- Так похожа на них...
Единственная фраза, в которой легко проследить хорошо скрываемые боль и сожаления Альберта. В глазах младшей Боне читались отрицание, презрение и немой ответ: она не собиралась соглашаться. Только улыбнулась краем губ, выразила обыкновенное нежелание даже отвечать на подобное предложение. Хорошо, что снова не выставила средний палец. Человека не сломаешь, если он сам не допускает в глубине души собственного предательства. Со стороны послышался отчётливый смех перенервничавшего Виктора - когда он понял, что Боне не оказалось в их доме, позволил себе захрипеть и развернуться к Альберту. В голове отчётливо чеканился их с Самайн разговор - Боне просто передавала интрижку одного своего отца другому. Думала, таким образом заставит их вцепиться друг другу в глотки.
- Что, не подействовало? - он, даже не смотря на Сэм, подошёл к Альберту, когда тот отпустил челюсть девушки и поднялся в полный рост.
- Не-а. Даже против вас идти не собирается. Всё ради братишек. Никогда не понимал, чем они так нравятся людям.
- Ты слишком наивна, Самайн. - Виктор устало вздохнул. Вся спесь Альберта тоже сошла на нет: любой устанет строить из себя неадекватного психопата часы подряд. Мужчины переглянулись. -Считаешь, я не думал, что Боне таит за душой желание прикончить меня и всю мою семью? Уловка для тебя хорошая, но он не стал бы напрямую плошать прямо здесь, - напарники перекинулись усталыми, озлобленными взглядами. Доверие к друг другу - всё, что у них сейчас осталось. Оно легко треснет совсем вскоре, но... не время. Детишки не рассорят взрослых так просто.
- Не волнуйся, моя девочка, у нас ещё полно вариа...
- Виктор, Альберт. У нас проблемы, - один из людей Майеров с обеспокоенным лицом подошёл к Виктору. Не один он учуял опасность. - Неподалёку от нас, кажется, орава оборотней, и... вампиры. Не наши. Чужаки.

Близнецов Боне встретило настоящее убежище - мрачные, но изящно оформленные коридоры лабиринта комнат стали им следующим домом. Они прошли внутрь, где незнакомый мужчина моментально улыбнулся обоим братьям.
- Друзья моей дочери - мои друзья. Кэтрин сейчас с Даниэлем, я за них не беспокоюсь. Как скоро приведут вашу сестру?
- Настолько, насколько возможно. - Кимсан с улыбкой ухмыльнулся. Всё произошло слишком быстро, но они с Бороном сейчас практически ни в чём не сомневались. Они связались с Даниэлем - всего лишь оборотнем, жившим по соседству, должным Боне за многое, и попросили о помощи. Дэн моментально обратился к возлюбленной, Кэтрин - администратору «Talking to the Moon» и близкой подруге Кимсана, представительнице семейства вампиров фамилии Кляйн. Когда оборотень и вампир любят друг друга, а не желают разорвать, им нипочём целый мир. Семейства объединились, ведомые просьбой Боне, и прямо сейчас неслись к церквушке, которую вычислили за те часы, что Самайн мучили Майеры и Боне.

Мир завязан на связях, знакомствах и нелепых совпадениях. Именно они прямо сейчас спасали жизнь Сэм.

- Виктор, Альберт, уходите! - мужчины ничего не успели понять, когда двери церкви принялись колотиться, а под ними заскребли чьи-то когти. Семейка Даниэля и друзья Кэтрин - тому причина. Обидчики поспешили скрыться, и Сэм не увидела ничего, кроме уходящих прочь силуэтов. Оставшиеся люди схватили Боне под руки и попытались потащить следом, но девушка, в попытках вырываться, выиграла заветные секунды. Двери с треском развалились под напором потусторонних сил, и внутрь ворвались кровопийцы Кляйн вместе с оравой оборотней. Самайн могла поклясться, что не слышала стольких выстрелов прежде. Оставшиеся Майеры, прикрывая тылы Виктора и Альберта, пустили в ход серебряные пули, но оборотней оказалось слишком много. Началась резня. На пол церквушки падали и тела детей луны, и люди Майеров - там, где их не сумели до конца растерзать перевёртыши Даниэля, помогали вампиры Кляйн. Бешеные глаза девушки могли лишь бегать по окружению, когда вдруг перед ней резко опустилась Кэтрин.
- Я отведу тебя к братьям. Быстрее, - путы лопнули, когда Кэтрин позволила Самайн освободиться. Боне легко узнает в девушке напротив дитя ночи - другая семья её породила, но та же холодная кровь застыла в жилах уже знакомой дамы из клуба. Ни Виктора, ни Альберта в заварухе разглядеть не удавалось, а Самайн оказалась схвачена за ладонь. - Не копошимся!
Все артефакты остались у врагов, а серебряная пуля в животе не позволяла Сэм двигаться быстро, но Кэтрин, ведомая вампирскими силами, легко помогала девушке укрыться. В конце концов церковь осталась позади, и неизвестно, чем всё закончилось. Майеров оказалось меньше, и если они не разгромлены, то бежали, как и Альберт с Виктором.

Первыми в убежище вернулись Самайн и Кэтрин. Обессиленную блондинку моментально подхватили руки других вампиров, а подруга Кимсана только обеспокоенно посмотрела на отца.
- В церкви остался Даниэль. Я должна идти за ним.
Всё, на что хватало сил Сэм - наблюдать. И девушка с лёгкостью грохнулась бы в обморок, но когда её опустили на койку, чтобы вытащить пулю из живота, на пороге появились уже знакомые две фигуры.
- Нам нескоро придётся покинуть это убежище, сестрёнка, - голос Кимсана певуч, а сам он подошёл как можно ближе к изувеченной Самайн, чтобы с беспокойством оглядеть её с ног до головы. Миарский синдром дал ответ. Она - точно родная кровь. - Твоя семейка вычислила нас с Бороном, а ещё наверняка теперь ищут тебя. Отныне придётся давать отпор втроём.
- Но для начала... - из-за спины Кимсана вышел Борон. Он сам не имел никаких сил, но голубые глаза пробили Самайн насквозь. - Мне придётся немного тебя покромсать.
- Ты, наверное, не думала, что у тебя в семье есть подпольные хирурги.
Кимсан ухмыльнулся и обернулся к отцу Кэтрин, стоявшему в дверях.
- Спасибо за помощь и кров. Мы должны помочь ей, и тогда я в полной мере Вас отблагодарю.

Отредактировано Кимсан Боне (21-01-2019 12:28:26)

0

25

Виктор действовал по старинке. Пожалуй, пытки давно доказали свою состоятельность, не зря же их придумали еще в стародревние времена, и используют до сих пор. Пожалуй, лишь вампирская суть не дала Самайн охрипнуть от криков и потерять голос, Майер и его люди не скупились ни на что, доставляя своей "дочери" самые изощренные способы прочувствовать боль, оставляя раны серебряным клинком и заливая их святой водой. Она цеплялась только за миарский синдром, даже пока еще не зная толком, что это такое и как это работает. Ее сила воли была крепка, пары часов было явно недостаточно, но Виктору было некуда спешить, ведь у него и у других вампиров в запасе была вечность, и Самайн точно знала, что рано или поздно, при прочих равных условиях, если бы не нашла иного выхода - она бы все равно сдалась. Под адским пламенем гибнет все, в том числе и преданность, обещания, клятвы... Сначала ты держишься на адреналине, потом на чистой первородной злобе в адрес обидчика, потом на попытках отвлечься, но так или иначе, тебя поглощает тьма и одно-единственное желание: чтобы боль поскорее закончилась. Бытует мнение, что у постоянных пыток есть один недостаток - к ним так или иначе привыкаешь, но это был не тот случай. При наличии фантазии и изощренных методов у палача в запасе, ты так или иначе сдашься. Он не срезал ее татуировку только потому, что желал добиться "добровольного" согласия, без подавления ее воли. Влияние на сознание можно было преодолеть, а вот боль - вряд ли. На очереди дальше были пытки голодом и воспитание методом кнута-кнута-кнута и пряничной крошки за хорошее поведение. Так или иначе, любой вампир - это чертов зверь.
Вот только у Альберта этого запаса времени не было, поэтому он решил перехватить инициативу в свои руки. За этот предоставившийся ей шанс Самайн вцепилась практически зубами. Он запугивал и уговаривал. Предлагал месть арийцу в обмен на ее согласие. Начинавшая угасать злоба, полыхнула с новой силой, словно бы в горящем помещении открыли окно, пуская кислород. Вот оно. Майер знал этот приемчик - Самайн облизнула окровавленные губы и стала напрямую транслировать ему в голову все, что говорил ей Альберт. Пора разрушать этот хрупкий мир.
Провал.
Разочарование.
Но хотя бы это был шанс для передышки и возможность собраться с силами. Осознав их разговор, Сэм удалось понять, что братьев самостоятельно эти двое найти не смогли. И не смогут. Злорадная ухмылка застыла на ее лице ровно до того момента, как холодный голос Виктора проронил слова о вариантах. Боне сглотнула кровавый ком, но вдруг... Что-то явно пошло не так. В голове все плыло, перед глазами размывалось, а в ушах не было слышно ничего, кроме редкого, но боя собственной крови по сосудам. В носу намертво повис запах крови, такой привлекательный и манящий обычно, но такой отвратный сейчас. Оборотни и чужие вампиры. Похоже, старшие Майер и Боне успели перейти дорогу не только своим детям, но и кому-то еще. Сейчас верный путь был лишь один - прятаться. Сэм была уверена - если ее найдут, то разбираться в том кто она и что - не станут, убьют на месте. Виктору и Альберту не нужно было повторять дважды, дав жест паре вампиров, чтобы забирали Самайн и уходили вместе с ними, они устремились в темноту известных одним им черных ходов. Наспех связанную младшую Боне утащить вслед за ними вампирам не удалось, они потеряли драгоценные секунды, пока пытались справиться с вырывающейся блондинкой, и полегли в начавшейся бойне чуть ли не самыми первыми. Упав на пол, девушка откатилась в сторону стоящих полуразваленных скамеек и накрыла голову руками, все еще рыча от разрывающей ее изнутри боли. С порезы от серебра и ожогами от святой воды постепенно справлялась вампирская регенерация, все же именно невыносимой боль была именно в моменте. Самайн мысленно содрогнулась от осознания того, что ей еще долго придется ходить с жуткими шрамами и следами от этих пыток в ожидании, пока они не заживут полностью. Если она выживет в этом аду, конечно. Выстрелы и глухо падающие тела то ли одной стороны, то ли другой, явно пророчили обратный исход.
Но, как сказал уже Альберт Боне, сегодня Самайн было не суждено встретить свою смерть. Перед ней появилось знакомое лицо - и как она еще в клубе не заметила, что эта девочка тоже вампир? Уловка или нет - было плевать, брезговать помощью и подарком судьбы в виде реальной возможности убраться отсюда было бы откровенным долбоебизмом, а посему, Боне ухватилась за протянутую руку помощи. К братьям, - эти слова прорезали Боне похлеще любого серебряного клинка, мгновенно объясняя происходящее, заставив восхититься и одновременно с этим усомниться в адекватности и инстинкте самосохранения этих двоих. Полное безрассудство... Но хотя бы им хватило ума не являться сюда лично.
-Следи, чтобы не было хвоста, - только и смогла прорычать Сэм, сплюнув на землю сгусток крови и прижимая дрожащую руку к боку, где невыносимая боль истребляла её изнутри. Любимый братишка устроил пыточную почище Виктора Майера.
Девушка позволила себе почти отключиться, полностью повиснув на Кэтрин и еле-еле передвигая ноги. Прошла вечность, прежде чем темнота улиц сменилась белым светом очередного незнакомого помещения и несколькими парами рук вместо одной. Теперь воспаленному сознанию можно было позволить отключиться, и даже чертова боль от пули не остановит её.

Голос Кимсана застал ее уже на грани, мгновенно "включая" вновь.
-Безрассудные идиоты, - обессиленно прохрипела она, попытавшись усмехнуться, но быстро заходясь кровавым кашлем вместо этого. Хотела добавить что-то еще, но вновь загнулась от выжигающей изнутри боли. -Дай нож... - только и смогла вымолвить она, озлобленно, требовательно. Плевать как, но она была готова самолично вырезать из себя эту гребаную пулю.
-И передай Бор... А, - прервала она свою фразу, увидев вышедшего из-за спины второго из близнецов Боне. Самайн одним бесцеремонным движением оторвала лоскут от мужской рубашки, в которую все еще была одета.
-Давай, - равнодушно откликнулась она, наспех свернув это в жгут. Девушка зажала его в зубах, чтобы не оставлять новых ран на и без того искусанных губах, и закрыла глаза. Ей уже было все равно, что сделает с ней Борон, но ему она доверяла. Один псих доверился в руки двух других, причем каких-то несколько часов назад недоверие меж ними было определяющей и доминирующей характеристикой взаимоотношений. O tempora, o mores!

Отредактировано Самайн Боне (21-01-2019 15:32:49)

+1

26

Не ревнуй.
  Что-то есть романтичное в рабочем трансе. Когда ты становишься профессионалом в любом деле, есть шанс впасть в медитацию, в которой твои руки – это всего лишь инструмент, а разум – машина, что им управляет. Ты можешь бесконечно думать о чём-то своём и не придавать значения тому, что перед твоими глазами, даже если это умирающий от ран человек. Но в этот раз Борон не стал впадать в этот транс. Он стоял немного поодаль от Кимсана, когда тот разбирался с многочисленными знакомыми и раздавал долги. Как бы младший Боне ни хотел однажды уехать к чёрту на кулички, плюнуть всем людям в лицо и остаться наедине с братом и природой, связи – наше всё. Именно они сейчас спасли детей Альберта, которых внезапно стало на одного больше, чем всегда. Гнев и боль Самайн сейчас кружили в крови, бурлили и будоражили. Они давали чётко понять: да, эта сумасшедшая дура – точно их сестра. Хотелось выразить своё «фи», что в течение этих нескольких часов разум Борона использовался как унитаз для грязных эмоций.
- Знаешь, Сэм, - небрежно обрезал имя своей сестры Боне и подмигнул Кимсану, вспомнив, как та сказала насчёт слежки. – Именно грязные хвосты – в охуеть каком количестве – спасли твою бледную шкурку.
В помещении, которое представляло собой одновременно и подпольную хирургическую комнату, и пыточную, в скором времени остались лишь представители одной фамилии. Остальным пришлось уйти. Отец Кэтрин уважительно улыбнулся старшему Боне. По всей видимости, между этими двумя семьями с некоторых пор появилась крепкая связь. Но даже её следует поддерживать протянутой рукой помощи. Борон действительно вышел из-за Кимсана, точно чёрт из табакерки, опустил сиаму ладонь на плечо и не сдержался, чтобы не подмигнуть ему еще раз. Даже от этой ситуации Боне получал больше адреналина и азарта, чем беспокойства. Чего не скажешь по Самайн – серебро не играло на руку её настроению…

Да кому мы врём? Сестра мужчин постоянно скалилась, показывая свои острые зубки, и, видимо, больше не хотела терпеть эту чёртову пулю в своём животе. Одобрительно проведя пальцем по шее Кимсана, Борон уже достал нужные инструменты. Ему особенно понравилось, как Самайн назвала их секунд пять назад. Слышим от самого рассудительного и умного человека в этой комнате! Конечно же, мы примем это! Ага. Щас.
- Опрометчивая дура, - обмен  любезностями закончен. – И губы не кусай. Это выглядит мерзко.
Секунду спустя мужчина потянулся к своему брату, чтобы страстно прильнуть к нему с поцелуем. Да, прямо перед Самайн, изнывающей от безумной боли, вызванной серебром. Ничего, пару секунд она может подождать. Пройдясь ладонью по щеке сиама, Боне оставил на его нижней губе приятную колючую боль от лёгкого покусывания. А потом некромант отстранился, недвусмысленно касаясь ладонью его груди.
- Не ревнуй. Возбуждаешь меня только ты.
Рваный кусок рубашки стал прекрасным кляпом, и Борон про себя заметил, что это, кажется, единственный способ предотвратить бесконечный поток высказываний Самайн. Мужчина попросил своего сиама сесть рядом и отвлекать на себя девушку, прежде чем начнётся сам процесс экзекуции. Уж за что Боне обожал вампиров – так за то, что их организм не такой нежный, как человеческий. Единственное, о чём нужно думать – это кровь. На остальное можно смело положить. Однако Борон предположил, что если он устроит сейчас настоящую мясорубку и испортит «брюшко» Самайн, то она завяжет настоящую истерию.
- Ой, нахуй мне это сдалось. Всё равно кляп есть, - все инструменты хирурга отставлены в сторону. Хотя бы здесь некромант мог показать свою истинную натуру и понадеяться, что нынешний его пациент может немного потерпеть боль. - Laminae erit sanguis. Alligare filum dolor inane relinquere.

Невыносимая тягучая боль охватила ранение вампирши, словно её изнутри поразили сотни серебряных игл. Пальцы Боне превратились в заострённые лезвия, которые податливо развели в стороны края раны. Кровь вытекала наружу, но не капала наземь: таинственное заклятье сразу впитывало в себя жидкость. Достаточно рваным движением Борон нащупал застрявшую в мёртвой плоти пулю.
- Как говорится, я тебя породил… - быстрое и небрежное движение наружу. Сплющенная пластинка медленно опустилась на стол рядом с девушкой, но по-прежнему колючая волна отдавалась раз за разом в её боку, - я тебя и убью. Видишь, Кимсан, у тебя был потрясающий учитель стрельбе! – себя не похвалишь – никто не похвалит. – Подстрелил вампира так, что он сидеть на месте не может. Может быть, впредь на них тренироваться? Зато…, - перед тем, как Самайн вцепилась в Борона с ненавистью и желанием разорвать его на части, Боне вдруг заткнулся и посмотрел на девушку. Прошёлся глазами по дрожащему плечу, бешеной боли в глазах вампира и небрежно хмыкнул. – Да ладно? Я думал, только люди такие неженки… Ладно, - коснувшись широко раскрытой ладонью раны, Боне превратил лезвия обратно в пальцы и прошептал что-то неразборчиво себе под нос. Ярко вспыхнувший красный круг отпечатался на ране, а девушку обдало замогильным холодом, который почувствовала даже она. Такой, какой испытывают во время первого дыхания смерти. Этот холод заморозил боль, оставив после себя лишь неприличную пустоту. – Да, я рад, что подстрелил тебя в живот… Копаться в твоей голове было бы неприятнее.  Не, работать с мозгом интересно, но не в этом случае, - Борон встал и сел рядом с Кимсаном, кладя локоть ему на плечо, - Как себя чувствуешь? Больше ничего вытащить, подправить не надо?
По воздуху в сторону Самайн полетели две вещи – пакет с кровью и тот самый багровый фиал, который некогда мужчина предлагал девушке. Учитывая, как она себя чувствует – это лучший способ прийти в себя.

Отредактировано Борон Боне (23-01-2019 22:16:05)

+1

27

Частенько Кимсану приходилось ассистировать Борона в ходе его операций. Как правило, младшему Боне хватало парочки своих людей или собственных же умений, но никто не сможет стать правой рукой столь идеально, сколь близнец. Правда, сейчас мужчина с лёгкостью отказался от хирургических инструментов и прибегнул к любимому - чёрной магии. Губы старшего Боне исказились в довольной усмешке, а сам он вдруг почувствовал, как перед глазами на мгновение исказился мир. Недосып. Со встречи с младшенькой в клубе так и не удалось поспать, а рассвет приближался, вместе со слабостью, известной любому смертному. И всё-таки, Кимсан обожал её чувствовать. Во всяком случае, он не робот и хорошо знает, когда должен спать, есть или справлять другие любопытные нужды. Похоть, например, которая проснулась сразу же, как Борон коснулся припухлых губ в поцелуе.
- А когда я тебя ревновал? - искренне поразился Боне, довольно отстраняясь. Доверие, преданность и непоколебимая честность - три из пяти догматов братьев, на которых держался их вечный союз. Даже когда десять лет разделили близнецов и вынудили забываться в других людях, они не обвинили друг друга и на секунду. Теперь же, когда объявилась Самайн, Сан и ухом не повёл - он по-прежнему таков, каков есть, его брат таков, каков есть, да и сестра наверняка не изменилась в сравнении с той, кем была, когда заявилась в клуб. За исключением пули в животе, разумеется.

Острые лезвия, в которые превратились пальцы родного брата, вонзились в плоть вампира и потащили пулю прочь, попутно прижигая рану. В отличие от Борона и Самайн, Кимсан не торопился разбрасываться оскорбляющими фразочками - не его уровень. Вместо этого он встал по другую сторону от сестры, напротив младшего Боне, и поднял руку над раной, пульсирующими волнами пускавшей боль по телу Сэм. Плетения ментала и миарского синдрома смешались в один сгусток энергии и заискрились турмалином на пальцах Сана. Прохладная дымка успокаивала вопиющую боль в моменты, когда Борон особо не церемонился, протекала по мышцам волнами эйфории и нирваны, которые заполоняли сознание вампирши вне времени, пространства, существующей и несуществующей защиты. Из братьев Боне наиболее человечный - Кимсан, и ему же выгодно, чтобы Сэм не вопила на всё помещение. Даже рык в кляп не столь приятен, сколь блаженное молчание, особенно для мужчины, панически ненавидевшего резкие звуки.
- Твоё плечо в порядке? - мимоходом поинтересовался Боне у сиама, не переставая проводить манипуляции над животом сестры. Что бы она после ни заявила, не выстрелить в неё было бы вопиющим идиотизмом. Меры предосторожности есть меры предосторожности. - Всё вспоминаю рассказы о том, как ты познакомился с Нэнси. Сколько красоток попадало к тебе на хирургический стол? Тогда пуля тоже в животе была? - отвесив непроизвольный комплимент Самайн, ещё и без всякой злобы поддел брата. Когда рана перестала болеть, а младший принялся за последние штрихи, ладонь Кимсана укрыла тенью область между грудью и шеей Самайн, и лёгкий порыв миарского синдрома согрел область сердца. Тревожные ощущения скапливались именно там, так пускай их не будет.
- Весёлая тогда была ночка, - отметил колдун. - Как ты орёшь с неё, так я с той твоей любовницы, которая кликала себя эльфийкой. Прошлая жизнь у неё такой была, да? Умора.

- Ха-ха, - передразнил Сан с ухмылкой, а когда «операция» оказалась завершена, Борон сел рядом и опустил локоть на плечо супруга, Боне проследил за летящими в сторону сестры кровавыми лакомствами. Он только цокнул и набрал больше воздуха в лёгкие, после чего принял ту самую вальяжную позу, которую допускал тогда, когда слишком уставал... и когда просто-напросто хотел. Голова опустилась на плечо брата, Сан вытянул ноги и только затем, прижавшись к объекту всеобъемлющей любви, вымученно улыбнулся Самайн. Рядовая улыбка, уставшая. Так и говорившая: «Слава Богу, мы закончили, а сейчас – спа-а-ать, если вы договорите в ближайшие секунды». Вслух Кимсан сказал, правда, не это.
- Так что? Если закончили, нам всем пора отдохнуть, привести себя в порядок и выспаться. О мести папочкам можно говорить ночи напролёт, но... - зевок. Тихий взгляд в сторону Борона. - Не этой. Я заманался. Мы не бессмертные.

+2

28

Наблюдая поцелуй братьев, Самайн откинула голову назад и закатила глаза. Блять, серьезно? Вот сейчас? Просто вытащи это из меня, и можете тут хоть потрахаться у меня на глазах! Промолчала - ни к чему доставлять им удовольствие своим возмущением, к тому же она уже прекрасно поняла, что Борон сделан если не из того же, то из очень похожего на нее теста, и если заметит, что её это злит, то затянет этот момент как можно дольше. Позер.
Но, наконец, фарс был окончен, и средний Боне приступил к делу. На всякий случай Самайн прикрыла глаза, созерцать как кто-то копается в твоих внутренностях - сомнительное удовольствие, главное все было сделать очень быстро, иначе вампирская регенерация зарастит порез еще до того, как туда опустятся другие инструменты. Боль от этих манипуляций будет по сравнению с тем, что творилось внутри от серебра, просто никакой. Даже анестезии не надо, так что вампирша даже не напряглась, скорее, напротив, расслабилась, ожидая завершения своих адских мук и по максимуму сдерживаясь, чтобы не дергаться и не извиваться. Однако Борон решил по-другому, она только и успела открыть глаза и приподнять голову, глядя на руки хирурга:
-Что ты там... - начала она было озлобленно спрашивать, убрав изо рта кляп, но не успела ни договорить, ни зажать ткань между зубами вновь, ощущая адскую боль, с которой даже все пытки Виктора были лишь цветочками. Девушка изогнулась, спуская сквозь зубы не стон, настоящий вопль боли, удерживая свое тело на месте лишь какой-то совершенно сумасшедшей силой воли. Её хватало только на это, она не слышала язвительной тирады родного брата ровно до тех пор, пока на ее сознание и плоть не легло умиротворение, схожее с холодным душем в невыносимо жаркий день, или охлаждением ожога. Она почувствовала чудовищное облегчение, однако капельки слез, выступившие в уголках ее глаз от чертовой боли и такого внезапного чувства блаженного покоя, не удержались там, оставив две тонкие блестящие влажные дорожки от внешнего уголка глаз к вискам. Приоткрыв глаза, Самайн увидела источник - спокойный и сосредоточенный Кимсан молчаливой статуей стоял рядом с ней с другой стороны, кончики его пальцев светились турмалиновым течением магической энергии.
Она хотела уже расслабиться окончательно, как вдруг до ее сознания таки долетел голос Борона, предлагающий тренироваться в стрельбе на вампирах. Бешенство вспыхнуло в глазах Боне с двойной силой - открытая рана в ее боку все еще зияла, не способная зарасти из-за черной магии, а он тут рассуждает об этом. Сука... Девушка резко дернулась, хватая его за грудки и уже хотела было процедить сквозь зубы как она его "любит" и "тактично" попросить "прикрыть рот", но боль вернулась, сковывая тело и заставляя изогнуться и опуститься на кушетку вновь, разжав пальцы - ее вспышка прервала магию Кимсана. Последний завершающий аккорд. Холод исходивший от руки Борона был куда более острым и неприятным, нежели от Кимсана, хоть и прекратил боль в теле Самайн, оставляя ту обессиленную тяжело дышать, пялясь в потолок. В попытках отвлечься Самайн слушала разговор братьев. Нэнси?! Нет, ну нет....в конце концов, это слишком распространенное имя. В голове на миг вспыхнул образ прекрасной брюнетки, её petit canari, обладающей столь утонченным неповторимым вкусом и роскошным телом, и быстро погас. Остальное в считанные минуты поправила вампирская регенерация. Ответом на высказывания и вопросы Борона стал лишь поднятый в воздух неприличный жест - блондинка была не в силах говорить сейчас, пытаясь придти в себя. Этот средний палец, в отличие от идентичного жеста, уже показанного сегодня, был скорее дружеским добродушным "пошел ты", чем реальной попыткой оскорбить. Перед глазами все расплывалось, а внутри разворачивался настоящий бутон ядовитой ненависти и жажды отмщения. Воспоминания о чудесной ночи в церкви давали о себе знать, но и здесь старший брат пришел на помощь, одним прикосновением сняв весь негатив, оставляя внутри Боне спокойную и ровную гладь. Пустоту.
Ей потребовалось около пяти минут, чтобы более-менее придти в себя и хотя бы сесть на кушетке. Полетевшие в ее сторону пакет и стеклянный фиал были пойманы идеальным вскидыванием руки - реакция не подвела. Братья могли заметить на ней, как и на другой руке, на лице, и вообще на теле жутковатые незаживающие ожоги и глубокие порезы - последствия святой воды и серебряных клинков, их так быстро не зарастишь.
-А вот за это спасибо, - хрипло откликнулась она, глазами ища стакан. Приличные леди не сосут прямо из пакета. Ожидать, что в комнате, залитой белым светом, можно найти фужер, было глупо, но стакан действительно нашелся. Самайн выдавила туда содержимое пакета донорской крови, и жадно выпила, ощущая как живительная жидкость растекается внутри, придавая хоть каких-то сил. Конечно, таких объемов было чертовски мало, Боне сейчас бы с удовольствием осушила пару-тройку человек, превращая их в сморщенные мумии, но на безрыбье и рак рыба. Она элегантно промокнула губы тампоном для операций, что лежали на столике среди инструментов Борона. -Это, я приберегу для более удобного случая. Я сейчас не в том состоянии, чтобы смаковать, - она подмигнула мужчине и на сей раз фиал ему не вернула, пряча его в кармане брюк. И только сейчас внимательно посмотрела на братьев. Уже своих.
Они выглядели усталыми, прильнув друг к другу, ища и давая поддержку. Именно в такие моменты понимаешь истинный смысл любви, видишь ее невооруженным взглядом. Для этого не нужны высокие слова, серенады и огромные букеты, все гораздо тоньше, заключено в касаниях, взорах, единстве душ, и совместном молчании. При этом совершенно неважно, какого пола эти двое. Скользнув с кушетки, Боне пододвинула поближе к мужчинам один из стульев, чтобы сидеть напротив них, и устроилась на нем как на лошади, опуская руки на спинку стула и устраивая на них свою белокурую головушку. Выглядела она, прямо скажем, дерьмово.
-Кажется, мне снова понадобится одежда, - протянула девушка. Боне не умела благодарить, но братья могли прочитать все по ее глазам, которые она переводила с одного на другого. -Где мы? Подожди...стоп. Ты сказал, мести и папочкАМ, Кимсан? - она удивленно воззрилась на старшего брата. -На кой ляд вам это сдалось? Не лезьте в это, я разберусь сама. Давно пора. Как ты уже и сказал, ВЫ не бессмертные.
Братья четко дали понять, что мнение единственной женщины в этом помещении их абсолютно не волнует. Самайн лишь пожала плечами, демонстрируя, мол, ваше дело, ваш выбор. Ей было сложно осознавать, что отныне она не одна, и что ее самостоятельность эти двое имели в принципе.
-Не знаю, что бы со мной было, если бы не вы. Они бы сломали меня, и ты бы тогда с удовольствием завершил свое дело, - взгляд огромных глаз, впервые засветившихся искренностью, коснулся такого же яркого взгляда Борона. Самайн сделала рукой жест выстрелов, сложив пальцы на манер пистолета и беззвучно произнося губами "Бах. Бах. Бах." -Вы не знаете, на что способен Виктор и его гнездо. Даже не представляете, - она вздохнула. -Ладно, нахер это все сейчас.... - пробормотала девушка. -Я хочу в душ и спать. Да, бессмертные тоже это делают - устают и хотят спать. Здесь есть такая возможность? - уточнила она, понимая неизбежное. Привычная ей самостоятельность треснула, словно глиняный кувшин, обнажая потребность. Потребность в ком-то рядом, что одновременно была удовлетворена новообретенными братьями, и ими же остро всажена ей в сердце. Самайн осознала, почему задавала вопросы и пыталась хоть и устало, но завязать какой-то диалог - она оттягивала момент того, как они разойдутся по разным комнатам, где у Борона будет Кимсан, а у Самайн лишь голое одиночество. Лучше бы ты оставил весь негатив при мне. Спокойствие в душе меня истребляет изнутри, съедает скукой и заставляет излишне думать. Впервые сейчас Боне вспомнила о Мэде. Нэнси была не тем вариантом, со стороны Сэм было бы чудовищным свинством обрушать на ее голову ТАКИЕ свои проблемы. Нет. К ней Боне шла, чтобы делиться приятным. Вся чертовщина всегда сваливалась на голову Матиаса, который, сколь бы ни возмущался и ни злился, с превеликим удовольствием раскрывал пасть и съедал это все, резко расшатывая приоритеты. Ей не хватало сейчас сильного плеча, на которое можно было бы вот точно также положить голову, нежных пальцев, что осторожно огладят ее медленно заживающие шрамы, и хриплого голоса, что пообещает обратить в пепел и кровавое месиво всех, кто посмел притронуться и попортить его кукольную диву. В конце концов, она стерпела нечеловеческие муки, встретилась лицом к лицу с теми, кого ненавидит всем своим естеством, дала им уйти, потеряла ту вещь, ради которой столько отдала в свое время, стала уязвимой... Сколь бы жутким монстром она ни была, в конечном итоге, Самайн все равно оставалась...женщиной.
Осознав это все Боне ужаснулась собственным мыслям и собственной слабости. Надеюсь, эта срань выветрится, Кимсан, ох как надеюсь. Она поморщилась и потерла лицо руками, прогоняя наваждение, и поднимаясь со стула, немного пошатываясь пошла к выходу, мысленно надеясь, что со стороны это все выглядело не более чем мрачная задумчивость. Не хватало еще стать объектом насмешек Борона относительно ее сентиментальности, что так некстати решила помахать ручкой из отдаленных уголков ее сознания. А ведь когда-то она была такой. Когда еще была человеком. Но вампирская сущность ожесточает, убивает все человечное. Ей дважды не дали право выбирать, и за это пришла пора поплатиться, но только уже тем, кто посмел посягнуть на ее свободы.

+1

29

- Ты меня оскорбляешь, что ли? (23:00)
Чувство превосходства и победы всегда нравилось Борону. Он испытывал от этой горячей смеси эмоции, сравнимые с сексуальным послевкусием. Конечно, ничто и никогда не сравнится с Кимсаном в постели, но факт есть факт: ему нравилось, что они с сиамом умудрились в очередной раз обвести не только Альберта, но и кучу поганой паршиво пахнущей нежити. Да, Боне не нравились духи этих утырков. По умолчанию. С учётом того факта, что он никогда не чувствовал аромат, от них исходящий. Вскоре наконец-то время небольшой хирургической операции закончилось, и Борон наслаждался моментом. Он не видел пока никакого смысла устраивать внеочередную операцию по уничтожению Альберта, ко всему прочему, сейчас они действительно смогли скрыться от всех его шафок и даже застать его самого врасплох. Ведь ни младший Боне, ни старший – ни один из сиамов! – не знал, что их отец обладает магией и каким-то образом догадывался о наступающем штурме. Когда Кимсан пошутил насчёт ревности, Борон хмыкнул и клацнул перед его лицом челюстью. Некромант любил иногда перед сиамом изображать, что он тот самый цербер.
- Бывало дело. Вспомни, когда я в первый раз рассказал про Моллиган – ты же заскрипел зубами сильнее, чем я вжимал ногти в твои лопатки позавчера, - совершенно не стесняясь говорить такие факты при новоиспечённой сестре, мужчина выглядел не спокойно, но умиротворённо и довольно. – Пуля… да в животе вроде. Я и не помню, ты же знаешь – я в транс впадаю зачастую и вспоминаю, что творю, когда всё закончу. Но ты, сестрёнка, не волнуйся: здесь никакого транса мне не понадобилось. В конце концов, вашу вампирскую шкурку обычным скальпелем хуй прорежешь… Выпал шикарный шанс попробовать новый дар.
Однако не заметить, что старший сиам вдоволь устал от происходящего, было бы сложно. Прямо сейчас Кимсан опустил голову на плечо Борона, и он бросил на это взгляд. Заметно успокоившись, чтобы не тревожить сиама, мужчина начал смотреть на сестру. Она выглядела очень истощённой и непонимающей. Видно, что она не чувствует себя в своей колее. Но это и не мудрено: зону комфорта из неё вырвали, словно скатерть с накрытого пиршеством стола во время шутовских представлений.
- Ты меня оскорбляешь, что ли? – с отчасти обиженной, но в то же время задиристой ухмылкой хотел воскликнуть Борон, но понимал, что здесь есть, как минимум, один человек, которого он не хотел сильно пугать громкими звуками, поэтому мужчина постарался вложиться больше в интонацию. – В который раз ты, Самайн, отказываешься от ебучего фиала. Но да ладно, твоё право, теперь уже семейное. Никогда не думал, что к кому-то из своей семьи, кроме Сана, буду относиться чуть более лучше, чем к дерьму, но поздравляю.

Когда же Самайн вдруг задела речью Альберта и Виктора, лицо младшего Боне исказилось сначала в отвращённой брезгливости, а после – в по-настоящему хищном оскале. Он не видел смысла скрывать от вампира свои цели, потому что теперь они максимально совпадали с её.
- Самайн, если ты считаешь, что у нас, как у двух сыновей отца, который посылает на нас НАЁМНЫХ, блять его, ВАМПИРОВ, чтобы нас убить, нет с ним счётом, я разочарован. У нас больше чем у тебя найдётся причин, чтобы отыметь этого старикашку и заставить его заглотить каждый осиновый кол, который он мечтает всадить в сердца своих «партнёров», - проводя одной рукой по подбородку брата, другой Борон сделал фигурные скобочки пальцами в воздухе. – Одежду тебе дадут, не от Дольсе и Гасанна, - совершенно не парясь насчёт названия и не обращая внимания на реакцию в глазах Самайн, Боне продолжил, - но прикрыть тело сможешь. Душ по правый коридор – увидишь там огромный бак в стороне, не забудь включить горячую во… А, тебе это ж это совсем не сдалось. Можешь и под холодной мыться, не знаю, - как только девушка оказалась на выходе, мужчина вдруг окликнул её свистом. Если бы она обернулась, то увидела бы, что некромант одобрительно ей кивнул. – Ты вернулась в семью. Наслаждайся этим пиздецки восхитительным чувством, - за сочетание мата и высокопарных слов нужно благодарить никого иного, как старшего сиама. – Выспись, приведи себя в порядок, а потом мы будем ждать тебя в центральном зале.

Спустя каких-то пять минут сиамы, как и того опасалась девушка, оказались вдвоём в собственной комнате, где Борон дождался, чтобы Кимсан устало плюхнулся на кровать. Матрас твёрдый, и одеяло не самое пушистое, но это куда лучше, чем скамья на вокзале. Сев на корточки перед сиамом, некромант тепло улыбнулся и подался к нему с поцелуем. Подарив ему горячее прикосновение своих губ, мужчина кивнул в сторону единственно горящей свечки.
- Я всегда любил, люблю и буду любить больше всех, мой кот. И я вижу, что ты чертовски устал. Давай ложиться, потому что у нас завтра дел невпроворот. Или ты что-то хочешь обсудить? – предугадывая вопрос о Самайн, Борон ехидно хмыкнул и не отвёл взгляд. – Она – наша сестра. В ней наша кровь, хоть и мертвецки холодная. Ко всему прочему, она ненавидит нашего папашу хотя бы на две трети от нашей к нему ненависти. Это уже ставит её на нашу сторону, а нас – на её. 

Отредактировано Борон Боне (04-02-2019 14:02:54)

0

30

Загнанный жизненными обстоятельствами Кимсан не хотел больше ничего, кроме как спать. Он же, однако, внимательно слушал Самайн и в особенности дотошно Борона, в глубине ещё допуская тот вариант развития событий, где младшие снова цепляются слово за слово и начинают драку. В супруге Сан по умолчанию не сомневался, но гонор его знал - нередко за ядовитые высказывания младший Боне проламывал черепушки, и не только простым смертным. Могущественной силы, тёкшей по венам некроманта, хватало и на вампиров, и на оборотней, и на прочую нечисть. Вот только нет больше смысла думать в подобном ключе о Самайн... пока.
Как завидный манипулятор, Боне легко распознавал, когда человек кого-то из себя строил во вред ему, когда просто так, а когда преображался в настоящего. Сейчас же каждая реплика сестры и выражение её лица говорили об одном: за маской смывающейся грубости пряталась уставшая женщина, которой сегодня не с кем, увы, разделить постель. Однако у неё есть близнецы, а у близнецов есть она. Сан помнил стойкость вампирши во время «допроса». Если всё это - не представление, тщательно завуалированное даже перед миарским синдромом, Самайн... достойна похвалы.
- Своего отца мы без привета не оставим, это да, - поддакнул брату Кимсан, когда они с Сэм, на удивление, не кинулись рвать друг другу глотки. - А в смерти Майеров нам нужно убедиться хотя бы за тем, чтобы не помереть каким-нибудь прекрасным утром от очередного их сюрприза.

Когда же Самайн направилась прочь из комнаты, а Борон окликнул её, чтобы сказать последние слова, Кимсан не остался в стороне. Неестественно большие глаза сестры сначала пробежались по младшему Боне, но потом уделили внимание и старшему. Тогда мужчина дрогнул уголками губ и одобряющим движением выставил пальцы тем самым пистолетом, который несколько минут назад показывала Сэм. Направив на неё, сделал вид, что выстрелил той в область сердца, губами шепнул уже такое знакомое «Паф». Даже на секунду не угроза, а своеобразный комплимент, на какой способен тот, в чьих жилах течёт кровь могущественного рода. Он говорит: «Я услышал тебя, и мне это понравилось», но говорит немо, без лишних слов и речей. Глаза сверкнули в последний раз, и семье пришлось ненадолго разойтись.

Уже в постели, засыпая под поцелуй родного супруга, Кимсан вдруг услышал его реплику о сестре и даже позволил себе мягко улыбнуться. Ещё шире это сделать заставило горячее признание.
- Ты для меня навек первый, сиам, - ладонь потянулась к щеке и обласкала здоровую область. Чёрные глаза пробежались по бинтам на лице близнеца, и мысленно Сан отметил нужду завтра помочь ему с новыми. Нежно, но вымученно и устало укусив Борона за подбородок, Боне поймал себя на желании проспать десятки часов к ряду. Он готовился умереть, но умереть в объятии с сиамом, посему прошептал: - Раздевайся и иди ко мне спать, - уникальное предложение от того ещё соблазнителя, который ни одной ночи не мог спокойно провести, не пытаясь Борона совратить, раздеть или облапать. Когда колдун отошёл к небольшому зеркалу у шкафа, чтобы скинуть не самые чистые вещи, в голову Сана взбрели новые мысли по поводу Самайн. Он их хрипло прошептал.
- Она наша сестра, да. Но вспомни Аннабель или, не знаю, Дженис... - скольких дам знали близнецы на протяжении своей жизни, умевших прекрасно играть, обязавшихся помочь и вонзивших нож в спину? - Самайн - прекрасная актриса, и я, как тот ещё лживый манипулятор, отдаю ей должное и свои громкие аплодисменты. Мы уверены в том, что говорил нам её артефакт, там, в клубе. Альберта она ненавидит. Однако...
Нет смысла разглагольствовать подолгу. Борон не дурак, а ещё понимает с полуслова, поэтому кот просто дождался, когда на него рухнет горячее тело его любимого цербера, и зарылся тому в волосы пальцами. Носом - уткнулся в шею.
- Мы должны быть осторожны даже с ней. В конце концов, вспомни нашу бабку. Сагрин прелестна и вряд ли предаст, но сколько времени потребовалось, чтобы поверить ей окончательно? Кстати, напомни, она-то такая молодая почему?..

Разговоры, тихим, но непонятным эхом отбивавшиеся от стенок комнаты братьев Боне, вскоре стихли. Легендарной троице предстоит завтра тяжёлый день, а неизвестным остался один любопытный факт: в каком состоянии вернулся из церкви Даниэль... и вернулся ли он живым.

Отредактировано Кимсан Боне (04-02-2019 23:01:07)

0


Вы здесь » Запределье » Фрагменты реальности » Танго втроем


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC